Спецпроекты

На страницу обзора
Дмитрий Капишников, KUKA: Пандемия вызвала бум промышленных роботов в России

Россия — промышленно развитая страна. Однако по плотности роботизации она занимает одно из последних мест в мире. О том, почему так происходит, что может делать промышленный робот и кому по карману его покупка, в интервью CNews рассказал Дмитрий Капишников, генеральный директор KUKA Robotics в России и СНГ.

Дмитрий КапишниковKUKA Robotics

Дмитрий Капишников: Темпы роботизации в мире до самого последнего время были довольно высокие, но в 2019-2020 году из-за пандемии существенно снизились c 422 тыс. шт. в 2018 г до 376 тыс. в 2020-м (по предварительным данным International Federation of Robotics).

Основная причина — локдауны и последующие остановки производств из-за нарушения цепочек поставок. В данный момент, несмотря на восстановление, многие производители не могут получить электронные компоненты из азиатских стран. Например, в Малайзии при выявлении определенного числа заболевших закрывали целый регион и это дает свои последствия сегодня. Конечно, если заводы не работают, то вряд ли они будут инвестировать в робототехнику. Именно это происходило в Европе и Азии в 2020 году.

При этом в России все наоборот — по нашим данным, потенциал рынка робототехники в последние два года значительно вырос. Например, показатели нашей компании в 2020 году увеличились на 40%, и в этом году мы ожидаем примерно такого же роста.

Источник: International Federation of Robotics, 2021

Причины достаточно понятны. В первую очередь, это небольшое количество установленных роботов— в России спрос на промышленных роботов только формируется. Во-вторых, во время пандемии стала очевидна уязвимость человеческих ресурсов. Я знаю примеры, когда, например, на пищевом производстве в период жесткого локдауна 2020 года из-за одного человека с температурой, на линию не выходила вся бригада, и завод вынужден был остановить линию.

Конечно, те производители, у которых на линии вместо людей стояли роботы, оказались в более выгодном положении. Им не нужно было не только останавливать производство, но и нести дополнительные затраты.

CNews: Вы имеете в виду затраты на антиковидные мероприятия?

Дмитрий Капишников: Нет. Например, в мебельной промышленности в начале пандемии очень сильно сократились объемы заказов. Предприятиям пришлось увольнять сотрудников и выплачивать им солидные компенсации. Потом люди посидели дома, на дачах и осознали необходимость ремонта и благоустройства жилых помещений. Спрос на мебель начал серьезно увеличиваться. Это привело к резкому росту числа заказов. Необходимо было нанимать дополнительных сотрудников, а значит, тратить время и деньги на их обучение. Конечно, предприятия, у которых были роботы, оказались в более выгодном положении — сначала они их выключили, а потом просто включили.

Дмитрий Капишников: Показатели нашей компании в 2020 году увеличились на 40%, и в этом году мы ожидаем примерно такого же роста

Еще одна причина роста спроса на роботов — сокращение числа трудовых мигрантов. На этом фоне зарплаты, даже в небольших городах, увеличились в разы просто потому, что рабочих рук не хватает. Например, один из наших клиентов, тоже мебельная компания, после восстановления спроса смог запустить только две производственные линии из четырех. При этом себестоимость продукции существенно выросла.

Так что сейчас в России бум промышленных роботов. Все поняли, насколько это эффективно.

CNews: Как вы считаете, почему в России, где много современных, хорошо автоматизированных компаний, промышленные роботы пока не слишком распространены?

Дмитрий Капишников: Это действительно парадоксальная ситуация. Россия достаточно мощная промышленная страна, но по уровню роботизации мы на одном из последних мест в мире. Например, статистика Международной ассоциации робототехники говорит о том, что в среднем в мире на 10 тыс. работающих, занятых в промышленном производстве, приходится 113 роботов. В странах с хорошо развитой экономикой, например, Корее, Германии, этот показатель примерно 600. В России — 6. И что самое грустное, за последние годы среднемировой показатель увеличился с 99 до 113, а российский — с 5 до 6.

Причина в том, что исторически, со времен развала Советского Союза, промышленное производство в России не совсем рыночное. Многие компании или полностью государственные, или работают на госзаказ, и они не очень эффективны по причине отсутствия конкуренции. Жизнь не заставляет их становиться лучше. А государство не может закупить, в том числе, по политическим причинам, что-то более конкурентное за рубежом. Так что техническое перевооружение происходит в основном на предприятиях, нацеленных на потребительские товары.

Еще одна проблема России — отсутствие кадров. Предприятие, которое решило установить роботов, сталкивается с отсутствием программистов и операторов. Такие же проблемы у интеграторов — на рынке нет готовых кадров, и им приходится обучать людей практически с нуля. Мы стараемся помочь решить эту проблему. С 2011 года сотрудничаем с образовательными учреждениями — помогаем создавать робототехнические лаборатории и обучаем преподавателей — сейчас таких учебных учреждений их уже более 180. Это и кванториумы — школьный уровень образования, и СУЗы — то есть, колледжи, ВУЗы. В них преподают по нашим учебным программам. С 2015 года мы разработали стандарты и развиваем компетенцию «Промышленная робототехника» для движения WorldSkills, которое направлено на популяризацию рабочих профессий.

CNews: Промышленная роботизация по карману только крупным компаниям или ее может позволить себе и средний бизнес?

Дмитрий Капишников: Высокая стоимость промышленной роботизации — одно из распространенных заблуждений. Возвращаясь к предыдущему вопросу о том, почему у нас такой низкий уровень роботизации, могу сказать, что еще и потому, что в России, в отличие от многих других стран, отсутствуют государственные программы по популяризации промышленной робототехники.

Почему такие программы нужны? Потому что государство заинтересовано в том, чтобы сделать свою промышленность конкурентоспособной на внешних рынках, и тем самым увеличить экспорт. Например, в Швеции, где уровень роботизации около 270, то есть в два раза выше среднемирового, действуют программы по стимуляции использования робототехники. В Китае в свое время, насколько я помню, было пять различных программ в области робототехники. У нас, к сожалению, их нет.

Именно такие программы могли бы развеять миф о высокой стоимости роботов. Сегодня они по карману даже очень маленьким предприятиям. У нас есть пример, когда человек у себя в гараже поставил термопласт-автомат, затем купил к нему робота, и этот робот окупился за один год. Но, к сожалению, приезжая к клиентам, мы очень часто сталкиваемся с непониманием. Например, на предприятии работает 12 грузчиков, которые носят мешки с сахаром или цементом, а когда ты спрашиваешь, почему бы не поставить вместо них робота, тебе отвечают, что это очень дорого. Но такой робот окупится за год, и это без учета того, что он решит еще множество сопутствующих проблем.

CNews: В каких отраслях роботы внедряются активнее всего?

Дмитрий Капишников: Вообще, и в мире, и в России рынок этот делится на две категории: автопром, составляющий примерно 30% и все остальные отрасли.

CNews: На каких этапах производства роботы наиболее эффективны?

Дмитрий Капишников: Абсолютно все, что можно делать руками, может делать робот. Наиболее эффективны они, наверное, на массовых производствах, например, на конвейере или на этапе укладки продукции на поддоны. Здесь очень просто посчитать окупаемость.

Краткая биография

Дмитрий Капишников

  • 2004 г. окончил МГТУ СТАНКИН, в 2006 г. — Будапештский университет технологии и экономики (по специальности «Робототехника»).
  • Трудовую деятельность начал в ОАО «Газпром», где принимал участие в рабочей группе по разработке Штокмановского газоконденсатного месторождения.
  • В 2007 г. начал заниматься развитием робототехники: руководитель по продажам и сервису дивизиона робототехники в компании-производителе роботов.
  • С 2011 г. работает в компании KUKA, где вырос до директора подразделения по России и странам СНГ.

При этом роботы могут выполнять не только шаблонные операции. Например, предприятие Воронежстальмост производит элементы для мостовых конструкций. Эти элементы не серийные, а изготавливаются под заказ, зачастую в штучном исполнении. И роботы прекрасно справляются с этой работой. Конечно, наиболее эффективно, когда робот заменяет не одного человека, а нескольких. Или одного, но очень опытного и дорогостоящего. Например, сварщики — это очень дорогой персонал. Их мало, а обучать их долго. При этом надо понимать, что роботы, заменяя человека, выдают лучшее качество. И конечно, они могут при необходимости работать в 3 смены. Кроме того, когда вы считаете окупаемость робота, надо учитывать еще и другие затраты. Например, на пищевом производстве это затраты на шапочки, перчатки для сотрудников, необходимость организовать душевую и питание для людей.

CNews: Насколько серьезны перспективы массовой роботизации и сколько времени это может занять?

Дмитрий Капишников: На самом деле, массовая роботизация уже идет. Например, в Китае — он потребляет половину роботов, производимых в мире.

CNews: Не приведет ли это к массовой безработице?

Дмитрий Капишников: Дело в том, что при использовании роботов количество рабочих мест не уменьшается, а растет. Предприятие становится эффективнее: стоимость работ снижается, а качество повышается. В конечном итоге, оно начинает продавать больше продукции и вместо одной производственной линии ставит пять. Например, в развитых странах, таких как Германия, Франция, уровень безработицы ниже, чем там, где роботов мало.

Это хорошо видно и на российских предприятиях, которые занялись роботизацией 3–5 лет назад. Сейчас они быстро расширяются, и им необходимы новые сотрудники, но не низкоквалифицированные грузчики, а операторы, программисты и так далее.

У нас есть заказчик — завод в Пермской области. Это единственное предприятие в городе. После развала СССР многие его цеха закрылись. Недавно в ходе программы повышения производительности труда на заводе установили роботов. Предприятие стало активно расширяться, началось строительство новых цехов. Теперь люди работают не на развалинах, как, к сожалению, было в начале 90х, а на современном предприятии с наливными полами, промышленными роботами, своей корпоративной культурой. В городе возникла проблема — не хватает рабочих рук.

CNews: Расскажите немного о компании KUKA.

Дмитрий Капишников: KUKA — это немецкая компания, которая располагается в городе Аугсбург под Мюнхеном. Она начала работу в 1896 году с производства оборудования для сварки ацетиленом. В истории компании были интересные вехи. Например, она первая запатентовала винтовой пресс для мусоровозов. Не знаю, правда это или нет, но есть версия, что именно поэтому мусоровозы до сих пор оранжевые, корпоративного цвета KUKA.

В 1973 году KUKA первая в мире сделала промышленного робота с электрическим приводом для сварочных линий на автомобильных производствах. До этого роботы представляли из себя манипуляторы с гидравликой.

Компания активно развивалась. Кстати, в СССР по лицензии KUKA тоже производили роботов. Они до сих пор работают, например, на КАМАЗе. Сегодня по статистике Международной ассоциации робототехники, в России примерно 7 тыс. роботов, при этом, по данным нашего отдела сервиса, наша установленная база — 3,5 тыс. Это подтверждается и исследованием, проведенным порталом TAdviser, в котором говорится, что наибольшее распространение среди крупных российских промышленных предприятий получили именно роботы компании KUKA (68%). У нас много интересных проектов и в промышленности, и в медицине.

Например, наши тележки AGV перевозят фюзеляжи самолетов БЕ-200 и МС-21, наши роботы собирают ЖД-вагоны, автомобили, мосты, работают и на предприятиях МСП: строительные смеси, мебель, пищевая промышленность, металлоконструкции и прочее.

CNews: Сейчас в России много говорят об импортозамещении. Вас как-то затрагивает эта тема?

Дмитрий Капишников: Серийных промышленных роботов в России сейчас нет и скорее всего не будет в ближайшее время. Чтобы производить роботов, нужно получить компоненты по очень низким ценам. Это возможно, только когда речь идет об огромной серии. Потребности российского рынка — примерно тысяча-полторы роботов всех производителей. То есть даже если российский производитель появится и захватит 100% рынка, при таком объеме производства стоимость необходимых компонентов будет в разы дороже, чем для той же KUKA, которая производит 60 тысяч роботов в год.

Эта проблема решается только одним способом — развитием собственного рынка. Именно по такому пути пошел Китай. Там приняли государственную программу развития рынка робототехники, и когда он достиг хорошего объема, 10–15 тысяч роботов, локальные производители смогли предложить свою продукцию.

России пока далеко до этого. Но самое интересное, что, на наш взгляд, это особо и не нужно, потому что робот — это всего лишь компонент. Такой же, как молоток. Не важно, кто производитель молотка — Китай, Германия, Тайвань или Россия. Важно, что с его помощью делает плотник. С роботами примерно так же. Интегратор делает решение на базе роботов, и самое главное здесь — технология. Например, в США нет собственных крупных производителей промышленных роботов, но это не мешает их интеграторам продавать свои решения по всему миру.

В России можно купить робота, китайского или немецкого, для решения конкретных задач. Но технологии никто не продает. На мой взгляд, основная задача — не разрабатывать собственного робота, а развивать среду, в которой технологические компании смогут создавать решения, которые потом можно будет экспортировать.

CNews: Достаточно ли в России интеграторов, которые могли бы заниматься такими проектами?

Дмитрий Капишников: Интеграторов в России достаточно — по нашим оценкам, около 100 компаний уже имеют опыт работы с роботами, из них для 30 это основной бизнес. Если рынок будет расти, их бизнес будет расширяться. Это естественный процесс.

CNews: Что вы могли бы посоветовать компании, которая решила внедрить робота: как его выбрать, где найти интегратора, каковы примерные сроки покупки, доставки, внедрения, окупаемости?

Дмитрий Капишников: В первую очередь, нужно понимать, что робота будет поставлять интегратор. То есть вам нужен не просто робот, а решение. Производитель робота может порекомендовать интегратора, который сможет решить вашу задачу в вашем регионе.

Если вы планируете серьезно автоматизировать производство, то есть установить не пять роботов, а больше, мы рекомендуем создать собственную команду. Она должна глубоко разобраться в вопросе и понимать, какие технологии существуют, как правильно использовать робота и обеспечить безопасность его работы. Наличие такой команды позволит разговаривать с интеграторами на одном языке и подходить к проектам более системно и профессионально. Хотел бы отметить, что безопасность касается и киберфизического уровня. Например, мы совместно с «Лабораторией Касперского» протестировали шлюз, позволяющий обезопасить внутреннюю сеть от внешних вторжений.

Дмитрий Капишников: Вам нужен не просто робот, а решение

Самого робота, как правило, долго ждать не приходится. Основное время уходит на разработку проекта совместно с интеграторами, закупку ими периферийного оборудования, установку систем безопасности и пр. Потом все это надо собрать и протестировать на площадке заказчика. Так что от идеи до конечной реализации уйдет полгода-год.

Подписаться на новости

Интервью обзора

Рейтинги

Крупнейшие игроки рынка промышленной робототехники 2020
№ 2020 Название организации Город (расположение центрального офиса)
1 Артех Уфа
2 ТОЗ-Робототехника Тула
3 Вектор Групп Москва
Подробнее