Спецпроекты

Кирилл Иванов, Self

Кирилл Иванов, Self:

Каналы ДБО в России развиты намного лучше, чем в Европе

Банковский сегмент продолжает адаптировать все новые технологии и методологии под свои нужды. О том, почему наши банки больше открыты технологиям, чем западные и стоит ли строить новые системы сразу с использованием микросервисного подхода, в интервью CNews рассказали генеральный директор компании Self Кирилл Иванов и директор по стратегии Владимир Шабасон.

CNews: Расскажите, какие ИТ-тренды сейчас наиболее актуальны в банковском сегменте?

Кирилл Иванов: На сегодняшний день можно выделить несколько трендов. На глобальном уровне — это машинное обучение и большие данные, на прикладном уровне — облачные решения, микросервисы, автоматизация тестирования, DevOps.

Тренды на машинное обучение и большие данные тесно связаны между собой. Банки достаточно давно поняли, что они обладают колоссальными объемами данных, которые в полной мере не монетизируются. Сейчас они активно движутся в этом направлении: строят аналитические системы и системы прогнозирования, усовершенствуя их с помощью технологий искусственного интеллекта (ИИ).

Что касается облачных решений, то этот тренд обусловлен прежде всего тем, что банкам необходимо быстро масштабировать инфраструктуру, обеспечивая ее отказоустойчивость. На рынке появляется все больше сервисов, предоставляющих банкам мощности для вычислений, разработки, продуктовых сред. Эксперты Gartner также называют одним из технологических трендов распределенные облачные решения.

Микросервисная архитектура уже достаточно давно является важной рыночной тенденцией, но до сих пор вызывает споры и дискуссии относительно ее преимуществ перед монолитом. Многие игроки на рынке пытаются внедрять микросервисы — это обусловлено прежде всего их гибкостью, автономностью и легкостью в масштабировании. В последнее время в ИТ-сообществе вновь появилось мнение, что монолитные решения возвращаются, но реальных кейсов пока мало.

DevOps и автоматизация процессов поставки, интеграции и тестирования — это тренд на здравый смысл. Здесь ИТ выполняют свою главную функцию сервисного подразделения, автоматизируя процессы и сокращая время вывода на рынок с помощью внедрения новых технологий. Это позволяет уйти от релизных циклов длинною в квартал и прийти к поставкам, происходящим каждый день или даже несколько раз в день.

Владимир Шабасон: Я бы еще упомянул рост популярности разработки цифровых экосистем. Экосистема — это некая среда, в которой клиент получает полный спектр взаимосвязанных услуг в определенном сегменте. Иными словами, это непрерывный клиентский путь — от задумки и формирования потребности у клиента до передачи своего опыта партнеру/клиенту. Основная цель — не выпускать клиента из зоны комфорта.

CNews: Как меняется ситуация на рынке ИТ-игроков, работающих с банками?

Кирилл Иванов: Банковский рынок предъявляет к ИТ-игрокам новые требования, которым те, в принципе, удовлетворяют. Прежде всего, это касается открытости ИТ-решений, наличия у них АРI, которые позволяют интегрировать его с другим ПО. Также это затрагивает аспекты прозрачности и масштабируемости систем, поскольку банки стремятся увеличивать контроль над софтом, который они используют.

Нельзя не отметить, что все больше запросов от банков поступает на продуктовую разработку. Она подразумевает отказ от классической заказной разработки в пользу создания совместных команд вместе с ИТ- и бизнес-подразделениями банка. Это позволяет создавать не просто решение, а готовый конечный продукт, ориентированный на клиента банка. Многие ИТ-компании этот запрос слышат, и Self в том числе.

Владимир Шабасон: Стоит добавить, что если раньше заказчик начинал обсуждение проекта с тонкостей организации ИТ-архитектуры и ландшафта, то сейчас мы идем исключительно от клиента и его потребностей, реализация которых подтверждена метриками. Это, в свою очередь, закрывает задачи, стоящие перед бизнесом и маркетингом. Становится все менее популярной реализация какого-либо сервиса без привязки к клиенту. Уже никто не хочет создавать просто набор банковских функций. Сегодняшний товар — это оптимальный клиентский опыт.

Владимир Шабасон: Микросервисы проектируются и реализуются индивидуально под цифровой продукт, который создается персонально для клиента

CNews: Как ваша компания прошла период коронавируса? Чувствуете ли вы рост спроса и на какие продукты?

Кирилл Иванов: Мы прекрасно пережили коронавирус, поскольку для нас работа в распределенной команде не является чем-то новым. Более того, мы поделились своим опытом с нашими заказчиками — провели семинары, в рамках которых рассказали, как организовать удаленную работу. Что касается спроса, то, безусловно, спада не было. Даже наоборот — большинство заказчиков активизировали свои проекты по разработке ДБО, поскольку утратили привычный и постоянный канал в виде офлайн-отделений, и были вынуждены внедрять многие функции в мобильный и интернет-банки, call-центры.

CNews: Насколько актуальным вам представляется тренд на омниканальность банковских платформ?

Кирилл Иванов: Мы поддерживали эту идеологию с самого первого нашего банковского проекта, поскольку считаем, что клиент должен получать сервисы во всех каналах. Разумеется, с определенными ограничениями, обусловленными вопросами безопасности. Омниканальность — это не тренд, а естественный этап эволюционного развития.

Владимир Шабасон: Кроме того, это реакция ИТ-среды на запросы бизнеса. Задача системы — не выпускать клиента из зоны комфорта и ничто не должно прерывать это взаимодействие.

CNews: Можете ли вы сравнить по функциональности разработки, которые существуют на Западе и у нас?

Кирилл Иванов: Если говорить глобально, то каналы ДБО в России развиты намного лучше, чем в Европе. Это касается как клиентского опыта, так и ИТ-решений. Наши банки намного больше открыты новым технологиям и трендам. На западе банковская отрасль более консервативная и неконкурентная. Во многих странах Европы банк выбирается раз в жизни, или даже не выбирается вовсе, а передается по наследству. Это связано с тем, что все кредитные организации предоставляют похожие услуги, и у них нет необходимости жестко конкурировать за клиента. Хотя в последнее время мы наблюдем, что ситуация понемногу меняется, появляются молодые нео-банки, которые заставляют старожилов меняться. В целом ситуация напоминает то, что было в России 10 лет назад, когда крупные банки — основные игроки рынка — не верили в будущее ИТ и не планировали что-то менять. Однако история и практика показала обратное. К нам в Self, на самом деле, тоже поступают запросы от европейских банков с просьбой поделиться опытом, чтобы смоделировать будущее развитие и понять, что их ожидает и чем молодые нео-банки «переманивают» их клиентов.

Кирилл Иванов: Если говорить глобально, то каналы ДБО в России развиты намного лучше, чем в Европе

CNews: Каким банкам, с каким набором услуг и какой клиентской базой стоит задуматься о подобных решениях?

Кирилл Иванов: Любой банк, который работает с клиентами, рано или поздно к этому придет. Это некая гигиена: если клиент может, например, открыть вклад в отделении, и нет никаких ограничений, чтобы реализовать это технически в мобильном банке, то почему бы не предоставить ему этот сервис в онлайне? Если банк предоставляет какие-то кредитные возможности посредством телефона, то почему бы не позволить продолжить дальнейшее оформление в мобильном банке? Безусловно, клиента можно загнать в офлайн-отделение, однако другие игроки рано или поздно реализуют этот сервис онлайн, и тогда организация рискует потерять клиента. Это то, что нужно воспринимать как должное, то, что нужно просто брать и делать.

CNews: Расскажите подробнее об экономической эффективности перехода микросервисную архитектуру?

Кирилл Иванов: Существует мнение (и оно поддерживается частью ИТ-сообщества), что построение систем изначально на базе микросервисов — ошибочный подход. При построении системы с нуля — дешевле, правильнее и быстрее рассматривать ее как монолит, и только впоследствии разделять на микросервисы. Такой подход имеет смысл, но зачастую он влечет дополнительные издержки.

Мы в Self сходимся во мнении о том, что ни микросервисы, ни монолит не являются «серебряной пулей». Для каждого конкретного внедрения и для каждого ИТ-решения существует этап определения архитектуры, которая, в первую очередь, должна отвечать требованиям бизнеса. Опираясь на них, можно определить тип архитектуры, которая будет оптимальна для всего ИТ-ландшафта.

Если у компании есть ИТ-решение, выполняющее совершенно определенную функцию, которая будет востребована еще многие годы, то нет никакого смысла делать из нее микросервис. Монолит сам по себе проще и понятнее.

Если же банк живет в атмосфере постоянных перемен, меняется внешняя конъюнктура рынка, ведутся постоянные эксперименты и запускаются пилотные проекты, то микросервисы будут лучшим решением. Они, с одной стороны, добавляют гибкости, но с другой — значительно сложнее в эксплуатации, поддержке, развитии и т.д.

CNews: Банки, как правило, не могут себе позволить одномоментный переход на новые решения из-за необходимости обеспечения непрерывности бизнеса. Можно ли поэтапно внедрять системы, о которых мы говорим?

Кирилл Иванов: Безусловно, поэтапный переход возможен, когда команда разработчиков постепенно «выпиливает» функционал из монолитного решения, перекладывая его на микросервисы. Для этого, конечно, важно продумать архитектурное решение. И в целом этот переход зависит от качества самого монолита, от того, на какой архитектуре он построен, можно ли разделить хранилище данных и так далее. Например, у нас есть кейс с банком, в котором мы переложили монолитное решение одного из крупнейших мировых вендоров на отдельные самостоятельные микросервисы.

Владимир Шабасон: Здесь еще важно отметить, что при переходе на новую архитектуру у компаний всегда стоит вопрос, как провести миграцию клиентов из старой системы в новую максимально беспрепятственно и без потери качества сервисного обслуживания. Другими словами, «бесшовно и незаметно». Это основной вопрос, который должен решать ИТ-департамент банка и подрядчик. И Self эту задачу решает.

CNews: Каким компаниям и из каких отраслей, помимо банковской, будут полезны такие решения?

Кирилл Иванов: На самом деле, омниканальность и микросервисы не привязаны конкретно к банковской отрасли. Если компания подвержена постоянным внешним и внутренним изменениям, и ее менеджмент хочет предоставлять клиенту качественные сервисы сразу в нескольких каналах, то омниканальная микросерсивная платформа может стать отличным решением. У Self, например, есть опыт внедрения таких решений в сфере страхования.

Владимир Шабасон: По моему мнению, омниканальность и микросервисы — это абсолютный must have для любого бизнеса, где есть более одного канала взаимодействия с клиентом. В ближайшие годы мы увидим рост числа внедрений таких решений в индустрии компьютерных игр и развлечений, в которых будут смешаны офлайн- и онлайн-форматы.

CNews: Каким образом и с применением каких методологий происходит разработка подобных платформ?

Кирилл Иванов: Если говорить о методологии управления проектами, то мы — ярые адепты agile (гибкая методология управления), но спокойно относимся и к waterfall (каскадная модель управления). Здесь все зависит от проекта. Бывает, что проект легко планируется, а требования бизнеса по мере его реализации остаются стабильными. В таких ситуациях гибкая разработка не нужна. Но если компания работает на рынке, который сильно подвержен изменениям, а ее стратегия часто адаптируется под клиента, конкурентов и регуляторов, то планы организации будут бесконечно перекраиваться. В этом случае возникает риск просто не выпустить продукт и здесь нужен agile. Он дает возможность больше думать именно про продукт, а не составлять бесконечные планы.

В качестве методологии проектирования мы используем Event Storming (событийный штурм). Это гибкая практика, которая позволяет синхронизировать всех участников команды, обнаружить требования, которые не на поверхности, и спроектировать микросервисную архитектуру приложения, опираясь на потребности бизнеса.

Зачастую, когда разработчики начинают декомпозировать проект на микросервисы, они опираются на личный опыт и внутренние ощущения, а на самом деле микросервисная архитектура должна не только удовлетворять требованиям ИТ, а в первую очередь соответствовать ожиданиям бизнеса. Размер и функциональность каждого микросервиса зависит напрямую от того, какими бизнес видит свои процессы, и того, как он планирует их менять и развивать.

Важно отметить, что в рамках своих проектов Self не просто разрабатывает и внедряет ИТ-решения, но и поставляет ценность конечному потребителю. Мы работаем на клиентов нашего клиента. По сути, в наших проектах всегда есть два заказчика. Например, когда мы проектируем решения с помощью Event Storming, заказчиком является банк и его бизнес-подразделения. А когда мы строим CJM (Customer Journey Map — карта путешествия клиента) или проводим сессии по дизайн-мышлению, у нас есть заказчик в лице конечного пользователя решения.

Владимир Шабасон: Любое наше ИТ-решение ориентировано на удовлетворение клиентских потребностей. С этой целью мы используем методологии бизнес-моделирования, причем не только для построения клиентского пути, но и для создания ценностного предложения, формирования продукта и проектирования цифровых экосистем. Мы в Self применяем методологию Platform Innovation Kit, которая включает в себя все канвасы по бизнес-моделированию, анализу и планированию цифрового продукта. Внедрение этой методологии на самом начальном этапе проекта позволяет создать рабочий прототип, готовый для тестирования реальными клиентами. Этапы бизнес-моделирования, прототипирования и тестирования в обязательном порядке присутствуют во всех наших проектах.

Вернуться на главную страницу обзора