CNews: Как вы оцениваете текущую динамику российского рынка ИТ и каковы прогнозы?

Максим Михалев: Последние два года прошли под эгидой оптимизационных решений. Большая часть крупных компаний отреагировала на кризис разнообразными программами оптимизации расходов, включающими сценарии централизации инфраструктурных функций в общие центры обслуживания (ОЦО), миграцию на различные Open Source платформы и продукты, переход в облачные сервисы и, безусловно, прямые сокращения персонала и бюджетов. По итогам 2015 года суммарное падение ИТ-бюджетов в России составило не менее 10%, а в сегменте ПО и ИТ-услуг — и все 15%.

В 2016 году наметилось изменение тренда — корпоративные клиенты купировали основные последствия кризисных явлений и вновь вернулись к долгосрочному планированию. Результатом этого стал запуск большого числа новых инициатив как в области бизнеса, так и в автоматизации. Некоторые проекты уже дошли до реализации, что подстегнуло спрос на ИТ-услуги в 2016 году. Другие все еще вызревают внутри компаний-заказчиков, формируя отложенный спрос. Вследствие этих процессов текущий год закончится с показателями, не сильно отличающимися от 2015 года, — при оптимистическом сценарии рынок покажет рост порядка 5%. А вот в 2017 году можно ожидать серьезного оживления ИТ-рынка во всех сегментах.

CNews: Какие тенденции были ключевыми для отрасли в 2015–2016 годах? Отмечаете ли вы появление новых трендов в сегменте ИТ-услуг?

Максим Михалев: Ситуация на рынке такова, что начинать новые масштабные ИТ-проекты могут позволить себе только компании уровня Сбербанка и те, кто ставит на радикальную смену бизнес-модели. Пока и первых, и вторых на рынке единицы, основным трендом остается запуск небольших проектов с быстрым бизнес-результатом и возможностью наращивать функциональную мощность. Такая тактика оправдана тем, что позволяет игрокам нащупывать перспективные ниши и быстро сворачивать работу в неперспективных сегментах. Поэтому последние год-два в финансовой сфере, ритейле, телекоммуникациях растет интерес к разнообразным технологическим стартапам. Проекты такого типа активно запускаются и внутри компаний силами инхауса, что связано с двумя факторами: оптимизацией расходов (до сих пор во многих компаниях инхаус считается более дешевым ресурсом, чем аутсорсинг) и желанием защитить свои ноу-хау (идеи не патентуются и потому быстро копируются).

Еще одна тенденция на ближайшие два-три года — переосмысление места облачных сервисов в крупных корпорациях. На наш взгляд, желание владеть программным обеспечением и управлять его функционированием сменится пониманием перспектив и потенциала многосторонней кооперации со своими клиентами, поставщиками и партнерами посредством единой информационной среды. Ярким примером этого тренда можно назвать рост популярности разнообразных торговых площадок для крупных корпораций, которые из маркетплейсов вырастают в полноценных сервис-провайдеров, предоставляющих покупателям и продавцам массу сопутствующих услуг.

Максим Михалев: Наши решения поддерживают наиболее значимые для клиентов бизнес-тренды

CNews: Видите ли вы изменения в запросах и поведении заказчиков в кризисной экономической ситуации?

Максим Михалев: Мы наблюдаем заметный рост спроса на консалтинг и услуги по проектированию. В ситуации высокой неопределенности и сокращения расходов клиенты стали требовательнее относиться к содержательной части ИТ-проектов. Раньше был важен быстрый старт — клиенты охотно соглашались на внедрение коробочных решений с последующей постепенной кастомизацией. Сейчас акцент смещается в сторону проектов, дающих наибольшую отдачу для конкретного бизнеса. Это требует качественно иного уровня проектирования ИТ-решений, поскольку необходимо учитывать специфику бизнеса клиента, возможность реализации решения на различных платформах и технологиях, потенциал развития систем на протяжении всего жизненного цикла и т. д.

В проектах, обеспечивающих конкурентоспособность клиента, важны не объемы бюджета, а новые качества, которые получает бизнес, в том числе в финансовом выражении. Для сохранения баланса между тем, что нужно клиенту в перспективе, и тем, что даст наибольший эффект в моменте, проводится большая совместная работа. Она включает сессии совместного проектирования, в ходе которых определяется общая рамка проекта — то, что будет сделано в горизонте 3–5 лет, и рамка «первого шага» — объем работ на 6–9 месяцев. Такой подход позволяет быстро получить компактное решение, которое в наибольшей степени отвечает текущей ситуации клиента, но при этом не закрывает возможности для дальнейшего развития и наращивания функциональной мощности.

CNews: Как ваша компания адаптируется под новые требования и условия?

Максим Михалев: Мы специализируемся на создании решений, обеспечивающих конкурентные преимущества и новое качество ключевых процессов клиентов. Этот сегмент ИТ-рынка никогда не отличался значительным объемом, не рос так бурно, как инфраструктурный, но в силу своей ценности для бизнеса всегда был менее подвержен влиянию экономических изменений. Кризис продолжает быть наиболее подходящим временем для переосмысления компаниями своего места на рынке и стратегий развития. Поэтому мы стремимся расширить свой спектр решаемых задач и, в первую очередь, поддержать наиболее значимые бизнес-тренды в активно развивающихся областях.

CNews: Какие отрасли кажутся вам наиболее перспективными и какими разработками вы их поддерживаете?

Максим Михалев: Если говорить о конкретных проектах, то сейчас совместно с партнерами мы разрабатываем решение, которое позволит торговым сетям переходить к омниканальной бизнес-модели. Надо сказать, что омниканальность стала для ритейла своеобразным buzzword, модным словом: его часто произносят, но мало кто понимает, что оно означает.

Какого эффекта можно ждать от цифровизации закупок цифровизация

Пока торговые сети либо только декларативно заявляют о переходе к omni-channel, либо делают небольшие, часто технологические, шаги в сторону этой стратегии. А ведь она подразумевает комплексное изменение всей парадигмы розничной торговли — от реализации единой ассортиментной и ценовой политики и возможности свободного перехода между каналами до трансформации систем мотивации персонала. Большое значение будет уделяться интеграции всех существующих каналов взаимодействия с клиентами, распознаванию конкретного потребителя в онлайн и офлайн и развитию программ лояльности. Все это должно предоставить потребителю предельно персонализированный и клиентоцентричный сервис. Из-за комплексности и сложности тематики для создания омниканального решения мы привлекаем экспертов из различных областей и подробно обсуждаем с коллегами из торговых сетей их проблемы и потребности еще на стадии проектирования.

Кстати, надо сказать, что омниканальная парадигма будет востребована не только в торговле, но и в других областях розничного бизнеса — финансах, страховании, телекоме.

CNews: Какие еще интересные проекты вы ведете в настоящее время?

Максим Михалев: В конце прошлого года мы разработали новое решение для автоматизации платежных функций единого казначейства холдинга (в традиционной классификации это система класса Treasury Management System) — систему «Платежный календарь». Решение централизует деятельность распределенных казначейств крупных корпораций и повышает эффективность и качество операций по управлению платежами. Кроме того, снимая с сотрудников казначейских подразделений рутинные обязанности, этот инструмент высвобождает дополнительные ресурсы для управления доходностью и финансовыми рисками компании. Сейчас мы работаем над расширением функционала нашего казначейского решения.

Мощностей не хватает. Переносим ЦОДы в космос? цифровизация

Также в этом году мы вывели на рынок кросс-отраслевое решение для управления правами доступа пользователей CUSTIS Access Management Solution (CUSTIS AMS). Проблема управления правами особенно актуальна для крупных компаний с сотнями и тысячами пользователей и десятками ИТ-систем. В основе этого решения лежит атрибутная модель Attribute-Based Access Control (ABAC), позволяющая лаконично и в бизнес-терминах описывать сложные правила доступа, избегая комбинаторного взрыва числа ролей, характерного для ролевой модели Role-Based Access Control (RBAC). Решение может использоваться как централизованный сервис авторизации на базе ABAC или как гибрид атрибутного и ролевого подходов.

Ну и конечно, мы продолжаем многолетнее сотрудничество с нашими партнерами — Банком России, Газпромбанком, компанией «Спортмастер», — у которых идет сопровождение и развитие нескольких десятков наших решений, а также регулярно стартуют новые проекты.