16 Апреля 2026 13:55 16 Апр 2026 13:55 |

Поделиться

Павел Костюрин, «Инфосистемы Джет»: Как мировые тренды меняют рынок ЦОД в России

CNews: В мире активно обсуждается рост ИИ-нагрузок: плотности достигают 50–100 кВт на стойку, жидкостное охлаждение становится стандартом. Как обстоят дела в России? Какие плотности реально запрашивают заказчики сегодня?

Павел Костюрин: Если мы будем слепо равняться на западные 100 кВт на стойку, мы просто не учтём нашу реальность. В России сейчас плотности скромнее, но динамика бешеная. Основной массив запросов от заказчиков — это 10–20 кВт на стойку. Но мы уже видим, как сегмент, связанный с ИИ и высокопроизводительными вычислениями, начинает «просить» 30–50 кВт. Пока это штучные проекты, но тренд понятен. Проблема в том, что если на Западе жидкостное охлаждение уже становится стандартом де-факто, то у нас оно пока скорее «история успеха» отдельных пионеров. Мы в «Инфосистемы Джет» видим запросы на пилотные зоны с прямым жидкостным охлаждением (DLC), но массовым это станет не раньше, чем через пару лет. Главный стоп-фактор — не отсутствие технологий, а высокая стоимость внедрения и, что важнее, готовность заказчиков менять подходы к эксплуатации. Поэтому пока мы наблюдаем эволюционный путь: сначала повсеместное повышение эффективности воздушного охлаждения, а затем точечное внедрение DLC там, где без него уже никак.

CNews: В последнее время много говорят о переходе от обучения к инференсу как о главном драйвере роста ИИ-инфраструктуры. Эти два типа нагрузок предъявляют разные требования к ЦОД: первые требуют сверхплотных кластеров, вторые — распределённых площадок с низкой латентностью, то есть минимальной задержкой при передаче данных. Как в России распределяется спрос между этими сценариями?

Павел Костюрин: Если честно, разделение спроса на «обучение» и «инференс» в России пока довольно условное. Большинство крупных гиперскейлеров находятся в стадии накопления вычислительных ресурсов и компетенций. Они закладывают фундамент под оба сценария, но приоритет отдаётся гибкости. Это точечные, очень плотные и энергоёмкие проекты. А «инференс» — это уже массовая история, которая действительно требует распределённой инфраструктуры с низкой латентностью. Спрос на неё растёт, потому что сервисы на базе ИИ становятся повседневными. Ключевая сложность заключается в географии: ЦОДы в Москве подходят для задач инференса, но их количество ограничено. Строительство новых площадок в столице затруднено из за энергодефицита и регуляторных барьеров. В результате заказчики всё чаще обращаются к модульным решениям в регионах — это позволяет быстро развернуть инфраструктуру ближе к конечным пользователям.

Таким образом, рынок движется к гибридным архитектурам: «тяжёлые» кластеры для обучения моделей сосредоточены в крупных ЦОДах, а задачи инференса выполняются в распределённой сети периферийных площадок.

CNews: Жидкостное охлаждение — один из главных технологических вызовов. Насколько российский рынок производителей инженерного оборудования готов к его внедрению? Есть ли отечественные решения, которые уже работают на реальных объектах?

Павел Костюрин: Готовность есть, и она уже перешла из стадии «пилотов» в промышленную эксплуатацию. Если говорить о системах прямого жидкостного охлаждения (DLC) непосредственно для серверного оборудования, то здесь ключевой игрок — группа компаний РСК. Они не просто предлагают отдельные компоненты, а разработали комплексное решение — модули охлаждения CDU (Cooling Distribution Unit), которые являются ядром инфраструктуры для высокоплотных стоек. Так что проблема сегодня не в отсутствии технологий, а в комплексном инжиниринге и готовности заказчиков. Массового «коробочного» предложения, где можно просто заказать стойку с DLC и забыть, пока нет — проекты остаются сложными, кастомными.

Жидкостное охлаждение — это будущее, и для отдельных высокоплотных проектов оно уже наступило. Но настоящее в России — это умное воздушное охлаждение с максимальным использованием климата и гибридных схем: холодные стены, свободное охлаждение круглый год плюс адиабатическое доохлаждение в пик жары. Российские интеграторы давно умеют собирать такие системы, они дешевле, предсказуемее в эксплуатации, под них легче найти и оборудование, и людей.

CNews: С ростом плотностей и переходом на жидкостное охлаждение меняются не только требования к оборудованию, но и подходы к эксплуатации. Какие новые компетенции требуются от служб эксплуатации? Как решается вопрос подготовки кадров?

Павел Костюрин: Это, наверное, самая большая головная боль. Раньше эксплуатация ЦОДа была уделом «электриков» и «холодильщиков», которые работали с привычными им системами. Сейчас грань между ИТ и инженерией стирается. При прямом подводе жидкости в сервер обслуживание такого контура уже невозможно без базовых навыков работы с IT-оборудованием: прежде чем трогать гидравлику, специалист должен уметь корректно остановить вычислительные процессы и отключить сервер программно. Это значит, что службам эксплуатации придётся осваивать не только термодинамику теплоносителей, но и элементарные операции по управлению серверным железом и его штатным выключением. Это требует абсолютно новых компетенций на стыке дисциплин. Без таких гибридных знаний любое вмешательство в систему жидкостного охлаждения рискует привести к повреждению данных или оборудования.

Вузы пока не успевают за рынком, поэтому мы видим огромный кадровый голод. Чтобы восполнить этот пробел, мы развиваем свою стажёрскую программу, приглашаем в свою команду вовлеченных студентов и выпускников технических вузов. Взамен предлагаем поучаствовать во всех этапах ведения реальных проектов.

Отрасль только начинает понимать, сколько и каких специалистов потребуется уже в ближайшие год-два.

CNews: Во многих странах энергетика стала главным ограничителем развития ЦОД: время подключения к сетям исчисляется годами, операторы переходят к собственной генерации. Как выглядит эта картина в России? И что делать с учётом возможного запрета на строительство новых ЦОДов в Москве?

Павел Костюрин: В России энергетика — это, пожалуй, главный камень преткновения. Ситуация парадоксальная: страна обладает огромными запасами энергии , но подключиться к мощностям в нужной точке — это квест. Сроки получения техусловий в Москве и области действительно могут исчисляться годами. Москва уже сейчас относится к зоне прогнозируемого энергодефицита.. Что делать? Во-первых, уходить в регионы. Это не просто тренд, а вынужденная мера. Во-вторых, строить с прицелом на собственную генерацию. Если раньше дизель-генераторы были просто резервом, то сейчас всё чаще рассматриваются варианты собственных газопоршневых или газотурбинных станций как основного источника. Это удорожает проект, но делает его независимым от сетевых ограничений.

Запрет на строительство в Москве — это не катастрофа, а стимул для развития индустриальных парков в соседних регионах. Крупные игроки, такие как Key Point и «Ростелеком», уже давно развивают сеть ЦОДов по стране, и этот тренд будет только усиливаться.

В итоге картина выглядит так: сегодня порядка 80% мощностей российских ЦОДов сконцентрировано в энергодефицитной Московской агломерации, где свободные ресурсы для новых подключений практически исчерпаны. И вот тут газ становится нашим главным козырем: собственная генерация на газе позволяет оператору получить предсказуемую и контролируемую стоимость киловатта, не зависящую от сетевых ограничений и роста тарифов. Но ключевой стопор — это не технология и не ресурс. Судите сами: если техприсоединение к электрическим сетям — это задача со звездочкой , то подключение к газу сегодня — это олимпиада , которую в одиночку выиграть почти невозможно. Поэтому главный приоритет — не искать газ (его у нас действительно сколько угодно), а сломать административные барьеры на пути к нему, создав прозрачные и предсказуемые правила игры для операторов.

CNews: Стоимость и сроки строительства во всём мире растут. А в России что сегодня является главным «узким горлышком»: доступность энергомощностей, оборудование с длинными сроками поставки, кадры? И что со всем этим делать?

Павел Костюрин: Про доступность энергомощностей в нужной локации уже сказали. Второе — это кадры. Не просто инженеры, а команды, способные реализовать проект «под ключ» в условиях импортозамещения и постоянно меняющегося рынка. Оборудование — это уже третья история. Да, сроки поставки могут быть длинными, но рынок адаптируется. Появилось достаточно много российских производителей.

Что делать? Нужно менять подход к планированию — использовать модульный подход, который позволяет запускать мощности поэтапно. Также необходимо активнее внедрять BIM-моделирование и CFD-анализ на стадии проектирования, чтобы минимизировать ошибки, которые потом вылезают в деньгах и сроках.

CNews: По прогнозам аналитиков JLL, мировой рынок модульных ЦОД вырастет с $11 млрд до $48 млрд к 2030 году. В России, судя по отраслевым данным, этот сегмент тоже активно растёт. За счёт чего прежде всего? Это стремление к скорости развёртывания, дефицит мощностей в традиционных локациях или адаптация под ИИ-нагрузки?

Павел Костюрин: Растёт за счёт всего перечисленного сразу, но в первую очередь — из-за скорости развёртывания и невозможности строить классические ЦОДы в нужных местах. Среднему и даже крупному бизнесу нужен прогнозируемый срок ввода в эксплуатацию: не «когда закончим стройку», а «через 4-6 месяцев запускаем сервисы». Во-вторых, это энергодефицит. Модульные решения часто проще «вписать» в существующие лимиты, они могут быть менее энергоёмкими на начальном этапе и проще масштабироваться по мере роста. В-третьих, это распределённая архитектура. Крупные компании не хотят хранить всё в одной корзине, им нужны региональные узлы для сбора данных и инференса. Префаб-модуль для этого — идеальный инструмент. И да, ИИ-нагрузки тоже играют роль, но пока косвенную. Для сверхплотных кластеров модульный формат иногда удобнее, чем перестраивать существующий ЦОД.

CNews: Модульные решения эволюционируют: от контейнеров до мега-модулей на десятки мегаватт. Как развивается этот сегмент в России? Появились ли отечественные производители, способные закрывать сложные запросы, включая высокоплотные ИИ-конфигурации?

Павел Костюрин: Эволюция идёт полным ходом. Если 5-7 лет назад модульный ЦОД ассоциировался с одним-двумя контейнерами на удалённом объекте, то сейчас это целые инженерные комплексы. В России появились производители, которые выросли из роли простых «сборщиков» и перешли к полноценному инжинирингу. Они предлагают уже не отдельные модули, а готовые решения: с интегрированными ИБП, охлаждением, СКУД и пожаротушением.

Что касается ИИ-конфигураций, то это самый сложный запрос. Высокоплотные стойки требуют специфической архитектуры — либо рядного охлаждения (in-row), либо прямого жидкостного. Не все готовы делать такие решения, но рынок подтягивается. Уже есть успешные проекты модульных ЦОДов для высоконагруженных вычислений — с использованием CFD-моделирования для расчёта потоков воздуха и тепловых зон. Технически российские производители способны закрыть этот класс задач , но здесь важен комплексный подход: от проектирования до постгарантийной поддержки я, потому что «сложные запросы» требуют такой же сложной эксплуатации.

Кроме производителей модульных ЦОДов, в России появляются компании , которые проектируют типовые масштабируемые архитектуры.

Такие решения позволяют наращивать мощность крупными блоками, как из кубиков, без перепроектирования с нуля. Это упрощает в и ускоряет ввод сложных объектов в эксплуатацию.

CNews: Если говорить о мировой повестке, то какой из трендов наиболее критичен для российского рынка в ближайшие 5 лет? А какой, возможно, переоценён? Не слишком ли много шума вокруг ИИ?

Павел Костюрин: Наиболее критичен, на мой взгляд, тренд на энергоэффективность и энергонезависимость. Способность строить ЦОДы там, где есть энергия, и с минимальным PUE (коэффициентом энергоэффективности) станет ключевым конкурентным преимуществом. Это меняет географию отрасли и подходы к инжинирингу.

Ажиотаж вокруг ИИ, возможно, и переоценён, но назвать это хайпом нельзя: перед нами реальность, которая изменит отрасль. Но слишком много шума вокруг «магических» цифр в 100 кВт на стойку, которые якобы вот-вот станут нормой для всех. В России даже к 2030 году на ИИ-ЦОДы придётся лишь около 13% вводимых мощностей. Большая часть рынка — это обычные корпоративные ЦОДы. Поэтому, если бы мы бросились перестраивать всё под ИИ здесь и сейчас, мы бы просто сломали отрасль. К ИИ нужно идти аккуратно, с учётом наших реалий — кадровых, энергетических и технологических.

Российский рынок ЦОД достаточно эффективно адаптирует мировые тренды к локальным реалиям: энергодефициту и кадровому голоду. При этом он делает ставку не на революционную погоню за 100 кВт на стойку, а на эволюционное повышение эффективности и гибридные схемы.

Поделиться

Подписаться на новости Короткая ссылка