Разделы

Бизнес ПО Свободное ПО

Windows и Linux удалось договориться?

В начале ноября прошлого года владелец платформы Windows и один из ведущих поставщиков Linux договорились о сотрудничестве. Взаимодействие Microsoft и Novell позволит Linux и Windows лучше "понимать" друг друга – это необходимо многим потребителям, прежде всего, в корпоративном секторе. Но наибольшую известность приобрёл другой пункт договора – о взаимном отказе от патентных исков к клиентам и некоторым разработчикам; он вызвал горячую дискуссию. Многие сторонники открытого кода подвергли соглашение критике, а Фонд Свободного ПО включил запрещающие подобный "сговор" пункты в черновик новой версии GPL.

Именно гарантия защиты, а не то или иное соглашение, обеспечивает клиентам спокойствие. Пока "программные патенты" вообще действуют, корпоративным клиентам будет проще приобретать открытое ПО у поставщиков, дающих подобную гарантию. Запретить её GPL, скорее всего, не сможет.

Патенты против открытого ПО?

Соглашение Microsoft-Novell в очередной раз поднимает вопрос о "программных патентах". В США и ряде других стран чисто программные решения могут патентоваться, тогда как в России, Евросоюзе и т.д. такие патенты не выдаются (или не действуют). В частности, Патентный закон РФ (ст.4, п.2) не считает изобретениями "правила и методы игр, интеллектуальной или хозяйственной деятельности", а также "программы для электронных вычислительных машин".

Сторонники открытого ПО, как правило, негативно относятся к программным патентам. Они указывают на то, что патент относится к любой реализации идеи или метода – даже если она была создана абсолютно независимо от владельца патента. При этом в любой сколь-либо сложной компьютерной программе используется множество идей. Поэтому почти наверняка разработчик современной, многофункциональной программы "нарушает" чей-либо патент, и не один.

Но даже узнать об этом нарушении непросто. В США существует огромное количество патентов, и они сформулированы весьма сложно. К тому же патент может быть опубликован уже после выпуска программы, нарушающей его (поскольку публикация производится не в самом начале рассмотрения).

Кроме того, многие патенты непросто "не нарушить". В патентной заявке зачастую указываются весьма широкие рамки; патент может относиться к целому классу функций, необходимых для решения той или иной задачи. Правда, такой патент может быть полностью или частично аннулирован в суде; но судебное разбирательство – дело весьма дорогостоящее, и для небольшой компании – поставщика ПО нежелателен даже риск суда. А ведь патентное преследование возможно не только против разработчиков и распространителей, но и конечных пользователей (хотя с них, как правило, по суду можно взыскать только "разумную" лицензионную оплату).

Таким образом, по мнению противников "программных патентов", патентная система – серьёзное препятствие на пути разработчиков ПО. Она особенно сильно бьёт по создателям открытого ПО, поскольку лицензирование патентов нередко производится по числу проданных копий – а это несовместимо со свободным распространением. В подобной ситуации поставщик закрытого ПО может приобрести лицензию, а в открытом ПО придётся обходиться вообще без патентованного алгоритма.

(Именно поэтому открытые программы для проигрывания распространённых медиа-форматов, например MP3, не включаются в коммерческие поставки Linux в США. В странах, где программные патенты не действуют, эти программы вполне легальны).

Сторонники "программных патентов", в свою очередь, считают, что патентная система способствует инновациям. Так, Владислав Шершульский, менеджер по стратегии платформ Microsoft в России, считает, что "программный продукт – принципиально сложный, и защитить права его создателей невозможно, опираясь исключительно на один специализированный вид охраны, например, созданный первоначально для литературных произведений. Я считаю нужным как-то обеспечить права не только непосредственных авторов кода, но и тех, кто придумывает архитектуру и алгоритмы. И отказ от такой защиты может иметь серьезные последствия для технического прогресса".

По его мнению, уровень драматизма вокруг нарушений патентов несколько преувеличен, как и сложность их выявления. Между индустрией ПО и любой другой высокотехнологичной отраслью нет больших различий. Базы патентов открыты. Патентные поверенные умеют отрабатывать свой хлеб. И можно ли представить, скажем, авиационное КБ, которое знакомится с патентами уже после завершения проекта?

Дмитрий Исаев, Softline: Мы видим превосходные перспективы развития облачного бизнеса в России
Импортозамещение

Следует, однако, заметить, что авиационная промышленность – удел отнюдь не маленьких компаний. Для ИТ-корпорации, сравнимой по масштабам с Boeing, патенты действительно не являются проблемой. У всех серьёзных игроков на рынке ПО есть немаленькие "портфели" патентов; в основном они не лицензируют отдельные продукты, а заключают друг с другом кросс-лицензионные соглашения, предоставляющие (на тех или иных финансовых условиях) взаимный доступ к множеству ним.

Патенты не являются серьёзной проблемой и для энтузиастов, ведущих разработку ПО в качестве хобби. Те суммы, которые можно потребовать за нарушение патента в подобном масштабе, не оправдывают стоимости подачи иска. Можно сравнить их с любителями авиамоделирования: представить себе, как компания Boeing подаёт на моделиста в суд за нарушение патента на форму крыла, сложно.

Но начинающая компания с 20 сотрудниками, или даже с 2-3 сотрудниками и десятками энтузиастов по всему миру, вряд ли сможет построить пассажирский самолёт – а вот создать и распространять нужную многим программу вполне в состоянии. Именно мелкие производители и поставщики оказываются наиболее уязвимы для программных патентов. Правда, если начинающая компания не будет уничтожена патентными исками в самом начале, она может набрать свой портфель патентов, заключить нужные лицензионные соглашения и войти в "привилегированный клуб".

Например, если бы программные патенты активно применялись в 70-е годы, создатели языка BASIC (Кемени и Курц) запатентовали бы его. Молодой программист Билл Гейтс должен был бы без начального капитала справиться с патентным поиском и получить лицензию, чтобы в 1975 г. предложить компании MITS версию BASIC для домашнего компьютера Altair. Неизвестно, насколько ему удалось бы решить эту задачу – и основать компанию "Micro-Soft".

Как автоматизировать управление рисками ИБ в банке
ИТ в банках

"Программные патенты" дают преимущества крупным и средним поставщикам, но резко усложняют жизнь малым; они увеличивают "цену входа" на рынок. Патентная система делает область ПО более похожей на традиционную промышленность. Мнения о том, хорошо это или плохо, могут быть разными.

Иногда, правда, и крупные компании подвергаются патентной атаке; в частности, Microsoft недавно проиграла крупный патентный иск, и по приговору должна заплатить Alcatel-Lucent за использование патентов на MP3-технологии. Но компания не отказывается от поддержки патентования ПО, даже когда часть патентов ей невыгодна. Но главный юрист компании Брэд Смит подчёркивает, что "Microsoft не отказывается от патентной системы. Мы не согласны с требованиями Alcatel-Lucent, но мы все выигрываем от права на такие требования".

Практика лицензирования патентов плохо совместима с идеей открытого ПО – но решение этого вопроса, вероятно, будет найдено. Открытое ПО стало частью бизнеса ряда крупных компаний, которым выгодно защитить его от патентной угрозы, и их ресурсов, вероятно, хватит для такой защиты.