Разделы

Интеграция Инфраструктура

Центры разработки: бизнес на русских идеях

Мировые ИТ-гиганты продолжают активно использовать научно-исследовательский потенциал России для развития своих R&D направлений. Открывая здесь новые лаборатории, они готовы инвестировать не только в софтверную разработку под корпоративные нужды, но и в фундаментальные исследования, не привязанные к конкретным проектам в ближайшей перспективе. Полную версию статьи читайте в октябрьском номере журнала CNews.

"В целом процесс подбора персонала представлялся нам изначально более интенсивным и продуктивным, чем получилось на деле, – констатирует Владимир Полутин. – Многие склонные к исследованиям специалисты, осев в ИТ-индустрии, не всегда хотят менять место работы и уходить из бизнес-среды в академическую. Еще одна сложность – неверие профессорско-преподавательского состава в то, что можно за короткое время поставить научные исследования в рамках отдельной лаборатории. К себе мы приглашаем кандидатов и докторов наук, прорабатываем вопрос сотрудничества по совместительству преподавательского состава. Подбирая людей, мы, конечно, имеем в виду тот опыт, который они уже накопили – выраженный например, в публикациях, диссертациях. Сотрудники должны привносить свои интеллектуальные ресурсы в проводимые исследования, исходя из тех знаний и навыков, которые у них уже есть. Нам не нужны тестировщики – мы работаем над концептуальными идеями".

Научность, академичность декларируются как основные специфические черты лабораторий НР. Корпорация, с одной стороны, подразумевает, что проводимые на значительные инвестиции исследования должны соответствовать текущим и будущим потребностям бизнеса. Соответственно, лаборатории необходимо "защитить" свой исследовательский проект перед аттестационной комиссией, продемонстрировать ей те будущие бизнес-возможности, которые предполагает разрабатываемая технология, рассказывает Владимир Полутин. Предварительно темы исследования представляются бизнес-подразделениям НР – с целью получения обратной связи, насколько результаты подобных работ ложатся в их решения и планы. Подготовка такого предложения занимает даже у опытных исследователей около полугода. В случае если комиссия его отклоняет, она сразу же предлагает варианты коррекции, с тем чтобы предложение могло удовлетворить компанию.

С другой стороны, за все 42 года своего существования HP Labs всегда ставила во главу угла инновационность – разработку решений и представление технологий, которые могли бы определить ход развития всего рынка ИТ. Единственное, что постоянно в ИТ, считают в компании, – это постоянные изменения, под которые необходимо подстраиваться и которые нужно уметь не только предвидеть, но часто создавать самим. В фокусе по-прежнему остаются приоритеты общества, не самой компании, но ее потенциальных и существующих клиентов, и вообще – людей, которым можно и нужно предоставить новые возможности.

"Если остальные компании получают техтребования на разработку ПО или услуги, то у нас их нет – мы сами должны придумать те технологии, которые будут востребованы в мире", – отмечает Владимир Полутин. В этом же он видит и причину некоторого торможения, проблем становления лаборатории в России. "Сложно было объяснить довольно большой группе людей, что новый проект НР отличается от стандартной разработки ПО, к которой уже привыкли в России. Что здесь принципиально иная идеология и цель – проект ориентирован на исследования!". Соответственно, при оценке проектного предложения аттестационной комиссией, помимо возможностей передачи будущей технологии в те или иные бизнес-подразделения корпорации, учитывается также уровень технологичности разработок. Владимир Полутин поясняет, что этот уровень измеряется, в том числе, и участием специалистов лаборатории в международных конференциях самого высокого класса, публикациями, подачей патентов и т.д. – по теме исследования.

В настоящий момент исследованиями в Петербурге занимаются 11 сотрудников лаборатории. Ведущего специалиста пригласили из США. В дальнейшем планы расширения во многом связаны с получением финансирования на проектное предложение, комментирует глава питерской лаборатории. Оно содержит перечень некоторых ресурсных потребностей, в том числе и в плане сотрудников. По итогам же первого года работы лаборатории совместно с РАН была разработана методология построения онтологий с помощью автоматических методов.

На фронте разработчиков не без перемен

Несмотря на благоприятные "про-исследовательские" условия российского рынка, деятельность вендорских центров разработки не всегда протекает здесь безоблачно. Как правило, местная турбулентность является эхом серьезных процессов реструктуризации или сокращения издержек, инициируемых штаб-квартирами по всему миру.

Так, громким событием стало сокращение штата одного из старейших исследовательских центров Петербурга – компании Borland. Эта лаборатория выросла на базе питерской TogetherSoft Labs (после приобретения Borland’ом компании TogetherSoft в 2003 г.) и фокусировалась на разработке средств моделирования ПО. Весной 2006 г. "большой" Borland объявил о глобальной программе реструктуризации, в результате которой сократил 300 сотрудников по всему миру. Из питерских 150 разработчиков "уцелели" менее 50. В 2007 г. лаборатория сообщала о 30 специалистах в штате.


Крупнейшие мировые бренды готовы позволить ученым заниматься наукой ради науки

MES по-русски: чем заменить зарубежные системы управления производственными процессами
Цифровизация

С другой стороны, квалифицированные петербургские разработчики, прошедшие "школу" Borland, на рынке отнюдь не затерялись. Достаточно быстро их, во главе с бывшим руководителем направления исследовательских работ в Borland, подхватила лаборатория Google. Кто-то из бывших "Borland-цев" перешел в "Яндекс".

В том же 2006 г. очень быстро был закрыт петербургский центр разработки Dell, после того как штаб-квартира обозначила стратегическим направлением для себя Индию. Тогда же несколько сократил штат своего петербургского исследовательского подразделения Intel.

Как правило, деятельность исследовательских центров сворачивается без лишнего шума. Так, Россия загадочно отсутствует в перечне лабораторий на корпоративном сайте IBM. Московский центр разработок был открыт в 2006 г. Его специализацией была обозначена технология мэйнфреймов, а инвестиции на три года планировались в размере 40 млн долл. Любопытно, что исследовательское направление "голубого гиганта" взращивала на российской почве "с нуля" Дженнифер Трелевич, теперь возглавляющая центр разработок местного Google. С момента ее ухода из IBM практически заканчивается поступление какой-либо информации о деятельности лаборатории в открытые источники.

В целом открытие центров разработки в России – предприятие для вендоров хотя и не слишком рисковое, но и не очевидно выгодное. С одной стороны, есть хорошая научно-техническая база, есть исследователи, готовые браться за сложные проекты, есть программисты, способные не только кодить, но и мыслить на уровне системной архитектуры. С другой стороны, это персонал штучный, команды такого рода подбираются долго и мучительно, при этом могут оказаться серьезно "завязаны" на каждом участнике. Стоимость их работы обходится в существенные суммы, тем более с поправкой на российские зарплаты, до недавнего времени растущие на 20-30% год.

Николай Шуткин, ВТБ: Основной фокус в ближайшие годы мы сделаем на автоматизации и самообслуживании
ИТ в банках

Учитывая эти особенности российского рынка ИТ и академической кадровой базы, вендоры, похоже, без иллюзий относятся к построению и развитию здесь исследований. Процесс априори будет затратным и непростым. Важно другое – есть ли шанс на выходе получить подрывные инновации? Или сформировать в итоге новый рынок? Именно на это были ориентированы ключевые игроки в недавней ситуации перегретой предложениями отрасли. Теперь же не исключено, что мировые ИТ кардинально изменят свои стратегии под влиянием глобального финансового кризиса.

Мария Попова /CNews