Спецпроекты

oбзор

Обзор: Рынок ИТ: итоги 2018

Далеко ли до трансформации: российский ИТ-рынок идет своим путем
Источник фото depositphotos.com

Далеко ли до трансформации: российский ИТ-рынок идет своим путем

Темпы роста российского рынка ИТ в долларах соответствуют мировым, а в рублях даже опережают его. Как альтернатива вызывающей жаркие споры идее принудительного импортозамещения в госсекторе сформировался устойчивый тренд на внедрение open source-решений коммерческими компаниями. Они делают это совершенно добровольно, тщательно просчитав все возможные риски и оценив выгоды. Кроме того, так и не дождавшись золотого дождя «Цифровой экономики», российские предприятия небольшими шагами двигаются в цифровое будущее. И у многих из них это неплохо получается, несмотря на продолжающийся кадровый голод.

Мировой рынок ИТ

Согласно предварительным оценкам IDC, в 2018 г. мировой рынок ИТ вырос на 4,2% по сравнению с 2017 г. и достиг $4 трлн. В 2019 г. аналитики предрекают ему падение на 3% из-за проблем, возникающих по причине противостояния двух крупнейших экономик мира – американской и китайской, замедления темпов роста рынка Китая, повышения процентных ставок ФРС США.

Однако затем рост мировых ИТ-расходов возобновится, и к 2022 г. они превысят $4,5 трлн, прогнозирует IDC. Наиболее активно будут развиваться сегменты ИТ-услуг и программного обеспечения для «третьей платформы» – облачных вычислений, мобильных технологий, больших данных и BI, социальных сетей. Также рост рынка будут стимулировать проекты цифровой трансформации. В сегменте оборудования основные инвестиции будут направлены на развитие дата-центров.

По мнению Gartner, в 2018 г. мировые ИТ-расходы составили $3,7 трлн, что на 4,5% больше, чем годом ранее. Из них $192 млн пришлось на решения для дата-центров, $405 млн – на корпоративное ПО, $689 млн на различные устройства, $987 млн на ИТ-услуги и $1,4 млрд – на телеком-сервисы.

В отличие от IDC, аналитики Gartner ожидают в 2019 г. дальнейшего роста мирового рынка ИТ на 3,2% до $3,8 трлн. По их мнению, быстрее всего будут расти сегменты корпоративного ПО (на 8,3%) и ИТ-услуг (4,7%). Ключевыми факторами, влияющими на развитие мирового рынка ИТ, в Gartner считают не уже упомянутые торговые войны, а переход к сервисной модели потребления ИТ-решений, предусматривающей оплату за фактически потребляемые ресурсы.

Цифровая трансформация в мировом масштабе

Аналитики также дали оценку мировых расходов на проекты цифровой трансформации. По мнению IDC, в 2019 г. они составят $1,25 трлн, а к 2022 г. достигнут $1,97 трлн. Среднегодовой тем роста составит 16,7%. Технологии появляются на рынке с беспрецедентной скоростью, а их внедрение воспринимается как долгосрочные инвестиции, отмечают в IDC.

Активнее всего цифровизация будет развиваться в сфере дискретного ($220 млрд) и непрерывного производства ($135 млрд), на транспорте ($116 млрд) и в торговле ($98 млрд). В списке приоритетных направлений интеллектуальное производство, цифровизация логистики и мультиканальная торговля. 75% затрат на цифровизацию в 2019 г. придется на ИТ-услуги, однако в дальнейшем аналитики ожидают роста сегмента программного обеспечения (CAGR 18,8%).

В лидерах цифровой трансформации США и Китай – на эти две страны приходится почти половина мировых расходов на цифровизацию. На третьем месте, по данным IDC, Европа. Здесь расходы на цифровизацию в период до 2022 г. будут расти в среднем на 15,1% в год и составят $378,2 млрд. В списке приоритетных направлений уже упомянутые дискретное и непрерывное производство, многоканальная торговля, а также коммунальные услуги.

Российский рынок

Данных об объеме российского ИТ-рынка не так много. Согласно прогнозу IDC, в 2018 г. он составил $22,6 млрд, что на 4% больше, чем в 2017 г. В 2019 г. аналитики ждут его дальнейшего роста. Консультанты PAC в 2018 г. прогнозировали, что по итогам года суммарный объем российского рынка ПО и ИТ-услуг составит $9,9 млрд, что на 9% больше, чем годом ранее.

Ряд исследований касается отдельных направлений российского рынка ИТ. Например, Moody's говорит об опережающем росте экспорта российских ИТ-услуг – по данным агентства, за последние 10 лет его объем вырос в 2,5 раза. Однако аналитики считают, что дальнейшему развитию этого направления может помешать «государственное вмешательство, которое варьируется от предполагаемого привлечения фирм по кибербезопасности к шпионажу до принудительной передачи контроля над успешными стартапами близким к правительству людям».

«Руссофт» обнародовал результаты очередного исследования рынка разработки программного обеспечения. По прогнозам ассоциации, в 2018 г. он вырастет на 18% до 16,87 млрд в долларах и на 25% до 1,042 трлн в рублях. Отличия в показателях роста аналитики объясняют нестабильностью курса рубля. При этом около 64% от этой суммы приходится на зарубежные продажи – в 2018 г. их объем составит $10,5 млрд, а темпы роста 19%. На внутреннем рынке продажи ПО отечественных разработчиков в 2018 г. вырастут на 23% и достигнут 395 млрд. Авторы исследования отмечают рост конкурентоспособности российских компаний за рубежом в последние годы по причине падения курса рубля, а также достаточно успешные попытки выхода на рынки Африки, Южной и Латинской Америки, Юго-Восточной Азии и Ближнего Востока.

Данные опроса руководителей крупнейших ИТ-компаний, работающих на российском рынке, который был проведен CNews в конце декабря 2018 г., подтверждают выводы исследований. Так, Борис Бобровников, генеральный директор «Крок», оценил темпы роста отечественного ИТ-рынка в 2018 г. в 3-4% и прогнозировал сохранение этого показателя в 2019 г. По его мнению, рост рынка будет происходить в основном за счет сегмента облачных ИТ-услуг. Григорий Кочаров, первый заместитель генерального директора компании IBS, директор дивизиона «Бизнес-решения», особо отметил рост спроса на отечественное аппаратное и программное обеспечение, облачные продукты и платформы.

CNews100: Крупнейшие ИТ-компании России 2018

№ 2018 №2017 Название компании Город (расположение центрального офиса) Сфера деятельности Совокупная выручка компании в 2018 г., c НДС, ₽тыс. Совокупная выручка компании в 2017 г., c НДС, ₽тыс. Рост выручки 2018/2017, в % Штатная численность сотрудников в компании на 31,12.2018 Штатная численность сотрудников компании на 31,12.2017 г. Рост числа сотрудников компании 2018/2017, в % Выработка на человека в 2018 г., тыс.руб. Аудитор, осуществляющий проверку финансово-хозяйственной деятельности компании Предоставлено подтверждение выручки
1 1 НКК Москва Группа компаний 207 948 225 189 244 079 10% 3 965 4 105 -3% 52 446 Городской центр экспертиз, СТС Аудит, Бейкер Тилли Рус, МАК Столыпинъ, Аудит и право альянс консалтинг, ПрайсвотерхаусКуперс Аудит, Тилинтаркастус, Террафинанс
2 2 Ланит Москва Группа компаний 164 241 330 137 073 000 20% 8 540 7 749 10% 19 232
3 3 Epam* Ньютаун, США ИТ-услуги 115 255 716 84 604 631 36% 26 760 22 998 16% 4 307 Deloitte&Touche LLC
4 4 Softline Москва ИТ-услуги 94 820 000 71 680 886 32% 4 500 4 300 5% 21 071 Ernst&Young
5 7 1С** Москва Разработка ПО 51 400 000 42 700 000 20% н/д н/д н/д н/д
6 8 Лаборатория Касперского* Москва Разработка ПО 45 404 040 40 714 340 12% н/д н/д н/д н/д
7 9 ITG (INLINE Technologies Group) Москва ИТ-услуги 39 420 000 38 236 000 3% 2 505 2 653 -6% 15 737 KPMG
8 13 Ростелеком (1) Москва ИТ-услуги 36 900 000 26 000 000 42% н/д н/д н/д н/д Ernst&Young LLC да
9 10 Ай-теко Москва ИТ-услуги 34 569 741 30 707 270 13% 3 008 2 865 5% 11 493
10 Газпром Автоматизация*** Москва ИТ-услуги 34 152 834 16 263 469 110% н/д н/д н/д н/д да

Источник: CNews Analytics, 2018

Перейти к полной таблице

По словам Александра Калинина, президента НКК, бизнес входящих в корпорацию компаний устойчиво растет, но результаты могли бы быть существенно лучше, если бы не кризисные явления на российском ИТ-рынке. «Ведь сила крупнейших компаний – в силе их партнеров и в общей положительной обстановке на рынке, – отмечает он. – К сожалению, волны неплатежей, особенно в сфере строительства, спровоцировали большие проблемы у компаний, выполнявших инженерные, телекоммуникационные и другие проекты на новых объектах. Как результат рынок получил довольно много пострадавших субподрядчиков в лице системных интеграторов. Это привело ряд известных ИТ-компаний к банкротству или к предбанкротному состоянию».

Существует, пожалуй, три основных темы, обсуждение которых привлекало наибольшее число участников в 2018 г., – это импортозамещение, цифровая трансформация и кадровые проблемы.

Как дела с импортозамещением

Импортозамещение, которое стартовало как инициатива «сверху», обязывающая государственные ведомства, а с декабря 2018 г. и государственные компании вместе с «дочками», срочно отказываться от продуктов западных вендоров в пользу отечественных разработок, на сегодня можно считать несостоявшимся. По данным отчета Счетной палаты, в 2017–2018 гг. более 96% госорганов и госфондов в России использовали операционные системы, которых нет в реестре российского ПО. Около 82% госорганов пользовались зарубежными почтовыми серверами. Более 99% госорганов использовали СУБД Microsoft или Oracle, а также открытые СУБД Red Hat, CentOS, Sybase SQL Anywhere, FreeBSD и др. Этих СУБД нет в реестре российского ПО, у некоторых из них есть ограничения по использованию и технической поддержке на территории России. Аудиторы отметили только два направления, где российское ПО доминирует, занимая ¾ рынка, – это системы электронного документооборота и информационной безопасности.

В регионах серверные операционные системы, службы каталога и базовые службы Microsoft и других зарубежных вендоров используются примерно в 94% случаев, иностранные СУБД — в 100% случаев, зарубежные почтовые системы — в 91% случаев. Зарубежные защитные системы в регионах используют 38% госорганов.

Проанализировав планы по импортозамещению, представленные на официальных сайтах РЖД, ФГУП «Почта России», «Ростелеком» и «Газпром», Счетная палата пришла к выводу, что в этих планах нет данных об импортозамещении общесистемного ПО. Речь идет, в частности, о закупках для миграции с иностранных СУБД на российские, а также о закупках российского офисного ПО, ПО для ведения бюджетного учета и геоинформационных систем.

Парадоксальность сложившейся в госсекторе (а теперь еще и в госкорпорациях) ситуации заключается в том, что реестр отечественного ПО, который создавался как инструмент, призванный помочь с выбором импортозамещающего решения, на деле оказался тормозом на пути к достижения настоящей технологической независимости. Дело в том, что множество содержащихся в реестре продуктов представляет собой производные от СПО, которым дали новые названия и оперативно зарегистрировали как отечественные. Таким образом, отказываясь от проприетарных зарубежных решений, госзаказчики вынуждены переходить не на открытое ПО, которое им реально необходимо и чья эффективность очевидна, а на проприетарные российские решения, которые часто ничем не отличаются от свободных, кроме существенно более высокой цены.

Коммерческие компании находятся в более выгодном положении и имеют возможность «выбирать сердцем». После того, как ажиотаж вокруг темы импортозамещения слегка поутих, на рынке начало формироваться понимание, что сама по себе инициатива была достаточно полезной. Если, конечно, подойти к ней с умом и не пытаться отгородиться от мира очередным железным занавесом и начать создавать «с нуля» то, что годами шлифовалось умами и руками тысяч программистов. В противном случае ничего, кроме запланированного отставания в развитии России ждать не придется.

На сегодняшний день практически все российские компании вывели на рынок решения, созданные на базе OpenSource. Речь идет о специализированных продуктах, ориентированных на решение конкретных задач. Понятно, что их до сих пор не хватает, да и по функциональности они зачастую отстают от давно известных решений. Однако заказчики с большим интересом рассматривают такие предложения и часто делают выбор именно в их пользу. Естественно, с условием необходимой кастомизации. О массовой смене уже имеющегося ПО речи пока не идет – пугает масштаб изменений, необходимость миграции и переобучения сотрудников. Однако, за Open Source будущее, уверены все опрошенные CNews эксперты.

«В России уже давно есть компании, производящие не только компьютерное и сетевое оборудование, но и разрабатывающие российское ПО, оказывающие сложные сервисные услуги по сложной технике самостоятельно, и они могут положить конец полному диктату зарубежных вендоров, – уверен Александр Калинин. – Те компании, которые смогут комплексно участвовать импортозамещении, то есть организовать разработку, массовое производство и сбыт российских ИТ-решений, станут новыми лидерами».

Далеко ли до цифровой трансформации

Еще одной активно обсуждаемой темой стала всеобщая цифровизация, курс на которую также указало государство. Утвержденная летом 2017 г. программа «Цифровая экономика», на которую планировалось выделить значительные бюджетные средства, на сегодняшний день претерпела множество изменений как в списке мероприятий, так и в объемах финансирования.

Ее первый вариант предполагал затраты в размере ₽2,79 трлн, из которых ₽1,267 трлн должен был выделить федеральный бюджет, ₽1,524 трлн – внебюджетные источники. Во втором варианте объемы финансирования выросли до ₽3,54 трлн, в том числе бюджетные до p2,015 трлн.

В конце 2018 г. были утверждены паспорт национальной программы «Цифровая экономика» вместе с шестью федеральными проектами. А в феврале 2019 г. были опубликованы материалы Совета при Президенте России по стратегическому развитию и национальным проектам, посвященные 12 национальным проектам. В справке по национальной программе «Цифровая экономика» было сказано, что расходы за период 2018-2024 гг. составят p1,634 млрд, в том числе ₽1,1 млрд из федерального бюджета и p535 млрд из внебюджетных источников. Реализация программы должна была начаться еще в 2018 г., однако до сих пор никакой внятной информации о том, какие мероприятия стартовали и на каком этапе они находятся, нет.

А между тем идея цифровой трансформации уже охватила массы. «Конечно, тема не нова: были прогрессивные компании, которые выстраивали внутри себя лаборатории инноваций, экспериментировали, делали пилотные проекты. Но определенный информационный шум, который мы наблюдали в минувшем году, мотивировал не только государственные организации, но бизнес-структуры к более активным действия. Сейчас во многих областях бизнеса уже идут цифровые проекты, которые являются новаторскими даже в мировом контексте», – говорит Юрий Овчаренко, заместитель генерального директора Epam.

В процессе обсуждения на многочисленных конференциях и форумах удалось сформировать понимание, что цифровизация, в отличие от автоматизации, – это не просто внедрение ИТ, а изменение бизнес-процессов. Для того, чтобы добиться успеха, надо избавляться от устаревших систем, переходить на цифровые платформы, менять культуру управления, внедрять Agile и DevOps. В основе цифровой трансформации должна лежать микросервисная архитектура и мультиканальность взаимодействия с клиентами. При этом очень важно не создать очередное «лоскутное одеяло» из неинтегрируемых между собой решений. «Крупнейшие отечественные производства создают команды, ответственные за трансформацию, вводят в штат должности CDO (Chief Digital Officers). Для развития российского рынка промышленности нужно четкое осознание экономической эффективности проектов, понимание «Цифровой фабрики» не на уровне точечных проектов, а в комплексе», – говорит Евгений Сударкин, генеральный директор Prof-IT Group.

По словам Юрия Овчаренко, трендом прошедшего года стало внедрение цифровых технологий в производственном секторе и в сельском хозяйстве. «Мы привыкли, что цифровая трансформация в первую очередь ассоциируется с потребительским рынком. Банки, страховые компании, ритейл, компании из сферы путешествий и развлечений были пионерами по цифровизации. Сейчас же эта волна доходит и до промышленности, что не может ни радовать», – говорит он. Цифровые двойники и использование VR/AR, контроль технологических процессов с помощь датчиков IoT, внедрение комплексных цифровых платформ для замены устаревших приложений – востребованность этих задач заметна в металлургии, пищевой промышленности, машиностроении и ряде других отраслей. Нефтяные компании используют беспилотники для мониторинга состояния трубопроводов там, где физически невозможно до них добраться. Производители удобрений смотрят на анализ больших данных и автоматизацию R&D-процессов для разработки и апробации новых комбинаций ингредиентов для разработки более качественной продукции. Сельскохозяйственные холдинги активно используют умные теплицы.

На рынке начали появляться кейсы, иллюстрирующие первые шаги российских предприятий в цифровое будущее. Так, в «Норникеле» с 2015 г. реализуется программа «Технологический прорыв», которая должна завершиться в 2020 г. По словам Владимира Трапезина, технического директора программы, ее основными проектами являются связь и позиционирование техники и персонала при проведении горных работ, планирование и диспетчеризация горных работ, моделирование и оптимизация процессов, горно-геологические информационные системы, баланс металлов, управление промышленными активами, хранилище технологических данных и промышленная безопасность, и охрана труда.

О высоком уровне цифровизации говорят и в «Северстали». «В конце 2017 года мы проделали упражнение: взяли 10 ключевых индустриальных функций компании и по 10-балльной шкале оценили участие в них ИТ. Ни у одной функции этот показатель не был ниже 7. То есть везде присутствует автоматизация: базовый учет, предсказательная модель, мобильный интерфейс и так далее, – рассказал в интервью CNews Сергей Дунаев, ИТ-директор «Северсталь». – Теперь у нас нет вопроса, зачем нам дорогостоящие технологии в таком объеме. Стало понятно, что поменялась эпоха, и в промышленности красной нитью по всем процессам проходят информационные технологии.

При формировании стратегии цифровой трансформации Ульяновского автозавода (УАЗ) была использована методика оценки уровня зрелости цифровых технологий Siemens Lifecycle DNA. Как рассказал Евгений Ступин, директор по ИТ УАЗ, было проанализировано 263 процесса, произведена оценка их текущего уровня зрелости и выявлены критические процессы для оптимизации. При составлении дорожной карты в УАЗ ориентировались на сроки окупаемости не более 3 лет. Параллельно с анализом, в компании был запущен 41 ИТ-проект, в том числе внедрение системы управления жизненным циклом изделия, оперативного прослеживания кузовов, мониторинга транспортных средств, контроля состояния активов, промышленного интернета вещей.

Всерьез взялся за цифровизацию «Росводоканал». По словам Сергея Путина, ИТ-директора «Росводоканала», полный переход к цифровой модели компании пока не по зубам, поэтому она ориентируется на диджитализацию ключевых процессов. Основная сложность – организовать процесс управления изменениями. Тем не менее, «Росводоканал» движется к поставленной цели и надеется, что уже через 2-3 года все увидят результат.

Кадры опять решают все

И еще одна «горячая» тема 2018 г. года – катастрофическая нехватка квалифицированных кадров и, как следствие, падение качества услуг, оказываемых ИТ-компаниями. Несмотря на то, что, по данным «Руссофт» отток программистов из России сравнялся с притоком из других стран, все представители ИТ-компаний, с которыми удалось поговорить CNews, отмечают нехватку на рынке ИТ-специалистов.

«Наши масштабы, устройство нашей ИТ-экосистемы требуют привлечения самых грамотных сотрудников, – говорит Фабрисио Гранжа, директор по информационным технологиям X5 Retail Group. – На ИТ-рынке мы конкурируем за кадровые ресурсы со всем миром, включая Google, Amazon и других гигантов, постоянно нанимающих сотрудников в России. От них не отстают и местные вендоры: «Яндекс», Mail.Ru Group, «Лаборатория Касперского» и другие. К ним ушла большая часть высококвалифицированных специалистов на рынке труда, получив лучшие условия: интересную работу, возможности профессионального развития и карьерного роста. Как следствие, качество услуг, предоставляемых интеграторами и другими внешними поставщиками, в последнее время упало. Я в России работаю уже почти 14 лет и мне есть, с чем сравнивать».

«Программисты набираются опыта в России и утекают за границу. Мы уже потеряли трех талантливейших программистов. И это большая проблема», – согласен с ним Дмитрий Спиридонов, сооснователь компании CloudPayments.

Предпринимаемых государством мер по расширению числа бюджетных мест на ИТ-специальности в ВУЗах и повышению качества подготовки специалистов пока явно недостаточно. Поэтому практически все российские компании уделяют максимум внимания «выращиванию» кадров для собственных нужд, все чаще ориентируясь на региональные учебные заведения. «Не бывает готовых к работе выпускников, которые пришли бы в компанию и сразу стали бы специалистами. Специалистов приходится растить, – продолжает Юрий Шеховцов, ИТ-директор «Норникель». – Я думаю, что нужно изменить сам подход к обучению. Необходимо, чтобы вузы выпускали людей, подготовленных к адаптации на будущем месте работы. Чтобы они понимали, с чем придется работать, чтобы их не надламывал разрыв между студенческой жизнью и работой в компании. В этом я вижу перспективу».

«Крупные компании пытаются создавать собственных ИТ-дочек, которые, по их мнению, смогут обеспечить все их ИТ-потребности. Они вымывают с рынка специалистов высокими зарплатами, – продолжает Юрий Овчаренко. – Но сделать все своими руками невозможно. Даже Google привлекает к работе сторонних разработчиков, потому что нужны профессионалы с опытом в различных сферах, который невозможно получить, если ты всю жизнь выполняешь проекты для одного своего заказчика и находишься в замкнутом пространстве собственной организации». В результате, по словам эксперта, если раньше компании взаимодействовали с вузами, организовывая совместные лаборатории, кафедры, курсы для привлечения на работу студентов, то теперь нужно уже организовывать курсы программирования и робототехники для детей, стимулируя интерес к цифровым технологиям.

Помимо этого, на рынке ощущается явная нехватка специалистов, способных работать на стыке технологий и бизнеса. «Сейчас мы наблюдаем слияние бизнеса и ИТ, когда ключевую роль в реализуемых проектах начинают играть бизнес-специалисты, владельцы продуктов и сервисов. Не всегда при этом им хватает знаний и опыта для понимания, какие возможности, ограничения есть у тех или иных ИТ-решений и цифровых технологий, что иногда приводит к эффекту обманутых ожиданий, – продолжает Юрий Овчаренко. – Поэтому помимо усилий по «взращиванию» разработчиков, тестировщиков, системных архитекторов, необходимо и внимание к развитию навыков на стыке управления ИТ и бизнеса».

Хотелось бы отметить, что практически все описанные проблемы характерны не только для российского, но и для мирового рынка информационных технологий. С одной стороны, это говорит о том, что Россия наконец-то стала равноправным участником мирового процесса диджитализации. А с другой, заставляет российские ИТ-компании работать в условиях жесткой конкуренции со стороны крупнейших мировых технологических компаний. Что очень сложно, но зато интересно.

Наталья Рудычева

Вернуться на главную страницу обзора