oбзор

Обзор: Мобильность в бизнесе 2014

Виктор Ивановский

Виктор Ивановский:
BYOD или COPE: выбираем стратегию корпоративной мобильности

Компании, внедряющие мобильные решения, оказываются перед выбором между двумя сценариями: обеспечить доступ сотрудников к внутренним информационным системам с собственных гаджетов, следуя тренду BYOD (Bring your own device, принеси собственный девайс), или предоставить персоналу корпоративные устройства для мобильной работы в рамках стратегии COPE (Corporately owned – personally enabled, корпоративное устройство для персонального использования). О нюансах выбора в беседе с CNews рассказали эксперты компании Softline: Виктор Ивановский, заместитель руководителя направления инфраструктурных решений департамента информационной безопасности, Дмитрий Аргунов, руководитель центра виртуализации, и Алексей Городищев, руководитель направления департамента аппаратных решений.

CNews: Каковы тенденции последнего времени в области корпоративной мобильности?

Алексей Городищев: В последние несколько лет основным синонимом корпоративной мобильности стала аббревиатура BYOD – использование на рабочих местах собственных гаджетов. При этом применение корпоративных устройств для удаленной работы – COPE – оставалось в тени. В какой-то степени это связано с тем, что для реализации в компании стратегии COPE нужно купить устройство, нанять обслуживающий персонал и решить вопросы, связанные с информационной безопасностью. А в случае с BYOD все проще: сотрудник приносит свой гаджет, мы не знаем, какое именно, и как он работает. Мы только предоставляем сервис.

Виктор Ивановский: Выбор между СОРЕ и BYOD тесно связан с задачами, стоящими перед компаниями. Технология BYOD предоставляет пользователю возможность работать, откуда угодно, когда угодно и, самое главное, с чего угодно. То есть с устройства, с помощью которого пользователю комфортно выполнять поставленные перед ним задачи. Когда мы говорим о СОРЕ-решении, ситуация меняется. Возникает другая цель, а именно – стандартизация мобильной рабочей станции пользователя. Для чего это нужно? Прежде всего, для экономии времени. Простой в работе обычного офисного сотрудника не играет большой роли. Но когда мы говорим о сотрудниках в полях, тех, кому необходимо точно по времени делать свою работу, – здесь обязательным условием является предсказуемость их действий и точная работа устройств, которыми они пользуются. Здесь выход из строя, скажем, планшета, работающего по технологии BYOD, может закупорить бизнес-процесс, приносящий компании деньги.

В сфере, где протекают жесткие бизнес-процессы и существует четкий тайминг, необходимо принимать стандартизированные решения. Если важнее не время, а качество исполнения – то это другая история. Качество часто зависит от удобства инструмента, которым мы пользуемся.

CNews: В каких случаях вы рекомендуете COPE?

Алексей Городищев: Существуют сферы деятельности, бизнес-задачи, для которых BYOD просто не применим. Как правило, это случаи, когда важно обеспечить безопасность и надежность работы большого количества пользователей с типовыми приложениями. BYOD не эффективен, когда цена простоя очень велика. Например, в работе торговых представителей. То есть в одних случаях правильным будет использование BYOD, в других – СОРЕ. Кстати, подавляющее большинство все равно ориентируется на BYOD.

CNews: Почему? Что тормозит широкое распространение COPE?

Дмитрий Аргунов: В нашей стране не распространена практика заключения глобальных контрактов на поставку мобильных аппаратов напрямую с производителем, чтобы он по ценам ниже рыночных, а то и просто за лояльность, обеспечил инфраструктуру, предоставил устройства. На западе это нормальная практика: заключается договор с вендором, который поставляет все, начиная с серверов и заканчивая мышками и ковриками для мышек. Такая же схема применяется для покупки сотовых телефонов и смартфонов.

CNews: Какие факторы препятствуют внедрению BYOD в России?

Виктор Ивановский: Препятствует отсутствие понимания того, как должна строиться корпоративная защищенная мобильная сеть. Насколько мне известно, регламенты по организации работы корпоративной мобильной инфраструктуры есть не у многих. Минус в том, что у большинства компаний нет утвержденной стратегии информационной безопасности.

Способствует BYOD то, что большинство продаж происходит, что называется «в полях». Бизнес хочет, чтобы продажи росли. А для этого нужно сделать так, чтобы сотрудник получал как можно больше оперативной информации. Возникло новое задание, он тут же получил его по корпоративной почте и отправился зарабатывать деньги.

Заказчиков до сих пор смущают плохие каналы связи, большая удаленность, невозможность резервирования каналов. Возникает много вопросов по поводу внедрения облачных технологий, которые, как известно, идут рука об руку с мобильностью. Не до конца решены вопросы безопасности, размещения ресурсов и т.д.

Поначалу некоторые компании встретили мобильность как некую панацею, которая решит все проблемы. Однако пока работать на обычном ПК, ноутбуке довольно удобно. А с телефона – неудобно.

Сегодня существует миллиарды мобильных устройств на базе Android, iOS. Значит, есть рынок приложений, на котором можно хорошо заработать. Поэтому многие компании сейчас задумались о том, чтобы работать и писать приложения именно для мобильных устройств.

Удобный инструмент для работы и данные – это все, что необходимо пользователю. Какие технологии обеспечат этот инструмент, каким именно будет устройство – пользователю не важно. Впрочем, как не важно это и для бизнеса. Основной критерий для бизнеса – актуальность данных, быстрота реакции на изменения рынка и возможность гибкого предложения тех услуг и сервисов, которые компания предоставляет своим клиентам на рынках В2В, В2С или других.

CNews: И все-таки спрос на корпоративную мобильность растет? Какие факторы формируют этот спрос?

Алексей Городищев: На сегодняшний день спрос растет, а рынок «мобилизуется» в следующих направлениях: организация защищенного доступа к электронной почте, реализация юридически значимого документооборота на мобильных устройствах. Как правило, этими вопросами озабочены компании численностью свыше 500 сотрудников.

Порядка 75–80% наших заказчиков используют BYOD, и 25–20% – СОРЕ. В числе последователей второй стратегии мы встречаем компании размером 1000–1500 человек и даже 2500 человек.

Наверное, работает обычное сарафанное радио. Кто-то увидел, как это работает у партнеров, и подумал: почему бы и нам так не сделать? К сожалению, это основной двигатель технологий у нас в России. Существуют, конечно, большущие маркетинговые мероприятия, где говорится о том, как и зачем предприятие реализует новые устройства и технологии, но в итоге все свозится к банальному – люди боятся что-то менять. И пока они не увидят, что это где-то работает, не начнут внедрять систему у себя.

Дмитрий Аргунов: На мой взгляд, в России рынок технологий, связанный с BYOD, СОРЕ, MDM, как это ни парадоксально, формировали топы компаний, которые получили в свое время айфоны и айпеды. Среди заказчиков было много таких, кто хотел создать удаленный рабочий стол для начальника в количестве «одна штука».

Департамент виртуализации, где я работаю, реализует большие инфраструктурные проекты, которые позволяют компаниям создать для сотрудников гибкие условия работы, оптимизировать процесс, опять же, предоставить им удаленный доступ. Но это решение не для одного человека. Поэтому, когда приходили вот такие запросы, я выступал в роли евангелиста, объясняя что, если это нужно для вашего руководителя, значит, это нужно и большей части компании.

CNews: Можно ли выделить отрасли, в которых логичнее всего применять только СОРЕ? Скажем, какую стратегию выбрать банкам?

Виктор Ивановский: Это СОРЕ, потому как для банков защита стоит на первом месте. При этом, даже если у вас коммерческое мобильное приложение, заточенное под наши сети, каждый банк все равно подстраивает пакет под себя.

Другой пример – система образования в России. Сейчас она переходит на электронный документооборот и онлайн-обучение. А началось все с вузов и выделения бюджетов на оснащение их мобильными устройствами. Раньше, кроме использования BYOD, у них не было ничего, теперь есть. Вузам могут выделить средства, которых хватит, чтобы оснастить внутреннюю инфраструктуру, но вузы не могут обеспечить студентов непосредственно мобильными девайсами. Это очень дорого. Та же проблема при переходе на мобильное образование возникла и в школах.

За рубежом для осуществления мобильного образования используется отдельный пул устройств. Сегодня эти устройства, предназначенные, например, для работы в младших классах, заходят на российский рынок. Это гаджеты с прорезиненными краями, защитой экрана и ограниченной средой. Ограничивая среду, мы фактически получаем систему СОРЕ. За каждой школой остается выбор – использовать BYOD и пустить деньги на развитие внутренней инфраструктуры, или использовать СОРЕ.

CNews: Эксперты все больше говорят о том, что при подборе мобильного устройства для сотрудника необходимо, с одной стороны, учитывать требования работодателя, с другой стороны, интересы пользователя. Как меняются требования к самим устройствам в свете тенденций BYOD и СОРЕ?

Алексей Городищев: Прежде всего растут требования к времени автономной работы – оно должно быть большим. От розетки до розетки, конечно, прекрасно жить, но количество мобильных устройств, переносимых с собой, постоянно увеличивается. Например, только у меня сейчас три мобильных гаджета, и все они требуют зарядки. Еще одна важная характеристика – толщина. Предмет должен быть легким и удобным для транспортировки.

Помимо увеличения времени автономной работы и уменьшения размеров мобильных устройств, возросла роль их физической защищенности. Все больше устройств приобретают военизированные стандарты защиты – американские стандарты IP56, IP57 , принятые в международной системе. К ним относится применение заглушек в портах, которое стало возможным за счет развития технологий. Стало меньше частей, которые могут сильно нагреваться, ведь нередко отверстия на мобильном телефоне играли теплоотводящую роль.

Тенденция перемещения корпоративных технологий в розничные продукты – не просто актуальна, она уже и начинает разрастаться дальше. Это свидетельствует о том, что у нас начинают постепенно сливаться рынки корпоративных и розничных продуктов. Например, в смартфонах начала появляться такая технология, как считывание отпечатков пальцев. Раньше эта технология была реализована только в ноутбуках корпоративного уровня, потому как такая степень защиты в смартфонах была не востребована.

CNews: По вашим оценкам, насколько готов российский бизнес оплачивать сотрудникам мобильные устройства и покрывать расходы на связь?

Виктор Ивановский: Я бы сказал, что пока не готов. Опять-таки, из-за того, что в России отсутствует понимание того, как должен рассчитываться срок возврата инвестиций в мобильную инфраструктуру. Есть компании, которые делают это самостоятельно.

CNews: Парк устройств проще обновлять с системой BYOD?

Виктор Ивановский: Наоборот сложнее. Когда сотрудники пытаются ввести новое устройство в сложившуюся инфраструктуру, вылезают проблемы совместимости. Вдруг выясняется, что новая версия Android не поддерживается, что сотрудник хочет пользоваться своим Windows-Phone 8, где функционал по защите данных сильно ограничен. Подобные проблемы гораздо сильнее влияют на нервы сотрудников департамента информационных технологий, чем необходимость списать старые устройства купить пачку одинаковых, которые будут работать как часы.

CNews: Какие тенденции вы видите на рынке решений управления мобильными устройствами (MDM)?

Дмитрий Аргунов: Решения MDM постепенно переходят из сферы сторонних разработчиков в сферу непосредственно самих производителей устройств. Дело в том, что разработчики MDM-решений базируют программное обеспечение на том функционале, который реализует непосредственно производитель. Функции, которые реализуются сторонними разработчиками, либо несущественны, либо достаточно специфичны.

Большая часть функционала в MDM обеспечивается благодаря непосредственно самой операционной системе производителя – либо iOS компании Apple, либо Android компании Google, либо Windows mobile компании Microsoft. Функционал устройств на этих операционных системах сильно отличается.

Основные задачи лежат в плоскости более широкого понимания мобильности, включая защиту мобильных данных и корпоративной работы мобильных пользователей. Необходимо совместить как управление мобильными устройствами, так и управление мобильными приложениями и мобильными данными, находящихся на этих устройствах. Компаний, которые могут обеспечить данный функционал, на сегодняшний день несколько. Основной посыл производителей заключается в том, чтобы обеспечить полую стыковку решений и с точки зрения корпоративной работы, безопасности, и с точки зрения удобства работы пользователей. А самое главное – обеспечение корпоративных политик тех устройств, с которыми работают пользователи. По этому пути движутся все производители MDM-решений на сегодняшний день.

CNews: Какие этапы мобилизации предприятий Вы можете выделить?

Виктор Ивановский: Сначала определяется заинтересованное подразделение – бизнес-драйвер. В зависимости от того, кто является бизнес-драйвером, появляются конкретные бизнес-задачи, которые нужно решить. Второй этап – определение, какую степень контроля мобильных устройств мы хотим обеспечить. И третий этап – выбор между корпоративными и личными устройствами. Затем мы совместно с заказчиком сужаем спектр MDM-решений до двух-трех. Когда решение выбрано делается пилотное внедрение.

Дмитрий Аргунов: Сначала пилотная группа пользователей директивно пересаживается на ту или иную модель – BYOD или СОРЕ. Далее тестируется способность всех операционных систем компании и безопасность этих устройств. Кроме того, анализируется опыт пользователя – насколько ему удобно работать с этими устройствами. Если пилот признается успешным, решение внедряется в один из отделов, а затем распространяется на весь департамент. Замечу, что здесь нельзя торопиться и внедрять пилотное решение на всех пользователей сразу.

CNews: Как оценить окупаемость этих решений?

Дмитрий Аргунов: Система BYOD имеет явные плюсы с точки зрения экономии денег. Но при этом существуют и риски, которые могут быть связаны с эксплуатацией устройств сотрудниками, с возможностью обучения работе на этих устройствах и т.д.

Определить конкретные сроки окупаемости часто невозможно хотя бы по той простой причине, что все заказчики абсолютно разные и подходят к решению задач с разных стартовых позиций. Кто-то уже имеет внутри компании корпоративные устройства, кто-то начинает с нуля.

Виктор Ивановский: На сегодняшний день я встречаю два типа финансовой мотивации заказчиков. Первое – снижение затрат на техническую поддержку устройств, когда у сотрудников есть некое корпоративное приложение, которым они пользуются где угодно и на своих мобильных устройствах. При этом, если что-то происходит на их мобильном устройстве и работа корпоративного приложения нарушается, они не ищут причину в себе, они звонят в техническую поддержку. Это одна из проблем.

Вторая проблема банальна, и называется она «стоимость услуг в роуминге». Бывают ситуации, когда сотрудники компании приезжают из командировок и привозят – это реальные цифры – счет на 300 тысяч рублей. А ведь он только почту проверял. Он работал, делал все правильно, и думал, что денег будет потрачено «немножечко» больше. Для наглядности расскажу еще одну историю. Человек, приехав командировку в Таиланд, положил айфон в сейф. Несколько раз за время командировки сотрудник сейф открывал и закрывал. В те моменты, когда дверь сейфа открывалась, iPhone видел сеть и что-то передавал. В итоге из Тайланда приехал счет на 65 тысяч рублей. Между тем эти деньги можно было бы сберечь с помощью MDM.

Практически все системы умеют отслеживать местонахождение сотрудника в роуминге и применять защитную политику – ограничивать время разговора, трафика и т.д. Бонусом идут мелочи: например, понимание того, какие процессы использует сотрудник в своей работе, сколько времени он тратит, сколько он на них потратит после автоматизации действий.

Дмитрий Аргунов: Небольшое дополнение о стоимости внедрения. Сегодня существует большое количество инструментов для работы пользователей. Это и опубликованные приложения, и виртуальные рабочие столы, на которых существуют мобильные приложения, написанные под разные платформы, веб-приложения, приложения SaaS.

В какой-то момент вся эта масса приложений на устройствах пользователей превратилась в кашу, которую было очень сложно администрировать. Эти приложения доставляются разными способами, из разных источников, по-разному обновляются и администрируются. Сегодня существует решение, которое позволяет объединить все типы приложений в рамках одного портала, где пользователь сможет выбирать именно те приложения, которые необходимы.

Происходит это примерно так: когда пользователь заходит в корпоративный AppStore или Google Play, он видит те приложения, которые ему доступны в рамках его роли в компании. Дальше он может сформировать список из программ, которые ему необходимы в работе. Далее они появляются на рабочем столе его телефона или планшета. Редко используемые программы, могут храниться в списке доступных приложений. Таким образом, администратор видит, какое количество приложений, как часто и каким типом пользователей применяется. И самое главное, какие приложения не используются. Сразу становится понятно, на каких лицензиях можно сэкономить. Это очень ценная информация.

CNews: Можете привести примеры последних внедрений?

Виктор Ивановский: Мы работаем с крупными организациями в сфере ритейла – компаниями численностью от 2000 до 2500 человек – по проектам обеспечения мобильной работы торговых представителей. В компаниях есть определенная специфика, обусловленная разветвленностью федеральной сети. Основная проблема связана с необходимостью экономии средств на доставке приложений непосредственно на мобильные устройства. Если раскидывать корпоративные приложения через GSM-канал, компания не получит выгоды. Важно поставить такое решение, и сконфигурировать политику таким образом, чтобы приложения выполнялись с соблюдением условий, например, нахождение только в корпоративной Wi-Fi сети.

Еще мы сотрудничаем с серьезным банком, где работает порядка 200–250 пользователей. Банк пользуется BYOD, СОРЕ не подходит. Потому что, в основном проект охватывает менеджмент среднего и высшего звена, который предпочитает личные устройства. Клиент хочет оставить за собой максимум функциональности, но при этом все, что является корпоративной собственностью, защищается всеми доступными средствами – это шифрование, стирание в случае компрометации информации и т.д.

Кроме того, мы ведем работу с металлургическим сектором. Сейчас мы находимся на стадии переговоров с предприятием этой сферы со штатом порядка 500 человек. Многие из сотрудников ездят в командировки, путешествуют, время от времени сталкиваются с ненадлежащим функционированием бизнес-приложений. В этом случае нужно либо быстро оказать поддержку, либо исключить проблему. Мы готовы предложить компании набор корпоративных приложений, которые будут распространяться на мобильные телефоны сотрудников.

CNews: Какой выбор сделала компания Softline – у вас BYOD или COPE?

Дмитрий Аргунов: В нашей компании на сегодняшний день принято использовать BYOD. Предоставленными корпоративными аппаратами, пользуются не более 5%. Причина прежде всего в скорости интеграции. Сотрудник, пришедший со своим аппаратом, может быстро его настроить по технологической инструкции.

При подключении той же самой почты устройство автоматически подпадает под контроль системы безопасности, она начинает мониторить устройство за пределами контролируемой территории, чтобы человек не транслировал информацию за пределы доверенной зоны. Причем политика конфиденциальности загружается автоматически. Если ты ее не принимаешь, то вылетаешь из круга пользователей корпоративных систем.

У сотрудников нашей компании широкая специализация: мы активно ведем переговоры, часто проводим статусные мероприятия. Централизованно обслуживать большое количество разбросанных по России сотрудников тяжело. BYOD позволяет переложить обслуживание устройства на плечи сотрудника. Это снижает затраты компании.

CNews: Каковы ваши прогнозы развития трендов BYOD и СОРЕ в России?

Виктор Ивановский: На Западе существует огромное количество продуктов, как общего назначения, так и специализированных. При этом до России доходят хорошо, если четвертая часть решений, которые представлены в квадранте Gartner за 2013 год. Я предполагаю, что в следующие 2–3 года в России появятся, наконец, публичные кейсы, потому что ничто не продается так хорошо, как история успеха.

Во-вторых, начнет расти число как глобальных, так и специализированных решений. Вспомним Acronis, купивший специализированное решение для мобильных устройств, который предоставляет доступ к корпоративным ресурсам. На этом примере мы видим, что российские компании начинают собирать элементы MDM, включая в себя элементы вендора. Тот же VipNet, точнее его мобильная часть, сегодня также активно развивается. Таким образом, складываются предпосылки, которые позволяют говорить о том, что некоторые российские производители собираются реализовывать у себя, если не полный MDM-функционал, то, по крайней мере, ту его часть, которая связана с информационной безопасностью. Думаю, это выстрелит года через полтора-два. Сейчас на рынке есть решения, ориентированные как на крупный корпоративный сектор, так и на СМБ. Но историй успеха пока очень мало.

CNews: Почему? Мало внедрений или не хотят рассказывать?

Виктор Ивановский: Мало внедрений. Участники рынка пока только присматриваются. Но рынок растет. Если применить терминологию стартапа, то сейчас мы проходим стадию посева, когда определенные деньги уже вложены, и вендоры ждут первых всходов. Думаю, что со временем историй успеха будет больше. Сейчас на рынок, где присутствуют такие монстры, как Citrix и VMware, буквально протискиваются игроки чуть меньшего уровня.

Я так думаю, что госсектор, силовые структуры также начнут обращать внимание на мобильные технологии. Мы уже сейчас видим интерес, несмотря на очень большую осторожность.

Вернуться на главную страницу обзора