История отечественного телекома: Как прослушивали телефоны советских граждан

Безопасность Стратегия безопасности Госрегулирование Телеком Инфраструктура Проводная связь ИТ в госсекторе
мобильная версия
, Текст: Игорь Королев
Созданная КГБ система прослушивания советских граждан была неэффективной, сказано в вышедшей в США книге Red Web. Несмотря на наличие сотен точек прослушивания и более тысячи операторов, одновременно КГБ могла прослушивать не более 300 человек.

Сложная система прослушивания

Российские журналисты Андрей Солдатов и Ирина Бороган издали в США книгу Red Web, посвященную историю взаимоотношений советских и российских спецслужб с телекоммуникационной отраслью.

На основе фактов, изложенных в данной книге, CNews подготовил материал об истории прослушивания телефонных разговоров в СССР и наложенных по требованию КГБ ограничениях на международные звонки.

За прослушку в Комитете государственной безопасности (КГБ СССР) отвечал 12 Отдел. В одной Москве насчитывалось 164 пункта прослушивания.

Точки прослушивания располагались на автоматических телефонных станциях (АТС, там для прослушивания выделяли отдельные комнаты), в зданиях КГБ и на центральной пункте прослушивания на Варшавском шоссе.

Отдельные точки прослушивания создавались для перехвата переговоров зарубежных посольств - как правило, они располагались рядом с самими посольствами. Юридически механизм прослушивания был регламентирован в 1979 г. приказом главы КГБ Юрия Андропова. Авторы книги указывают, что, фактически, единственным ограничением в этом приказе был запрет на прослушивание высшего руководства Коммунистической партии СССР.

В пунктах прослушивания работали в основном операторы-женщины. Слушая разговоры через наушники, они должны были записывать их на магнитную ленту и стенографировать. Обязанностью каждого оператора было знание 50 различных голосов и умение моментально их распознавать. Для записи использовались, как правило, западногерманские магнитофоны Uher Roayl de Luxe.

Red Web - книга о об истории контроля отечественных спецслужб над телекомом

Женщина в наушниках из КГБ

Операторы получила неплохую зарплату: порядка i300 в месяц при том, что зарплата среднего инженера в те времена составляла i180 в месяц. К моменту распада СССР в Москве работало около 900 таких операторов, в Ленинграде еще 400.

Кроме операторов в комнатах прослушивания находились женщины-контролеры из 12 Отдела КГБ, которые следили за соблюдением правил.

Авторам книги Red Web удалось найти одну из женщин-операторов, работавших в КГБ. Любовь (ее фамилия в книге не приводится) в 1984 г. окончила Географический факультет МГУ по специальности экономическая география. Она хорошо знала португальский язык, благодаря чему ее взяли на работу в КГБ для прослушивания политических деятелей Анголы (СССР принимал участие в проходившей в этой стране гражданской войне) и других португалоязычных стран.

Во время путча ГКЧП в августе 1991 г. Любовь прослушивала одного из соратников Бориса Ельцина отставного военного Виталия Уражцева.

После провала путча была создана комиссия по расследованию деятельности ГКЧП, и ее документы были опубликованы в 1990-х годах. В документах по делу ГКЧП и фигурировала Любовь.

Сама Любовь, работающая сейчас в интернет-издании pravda.ru, узнала об этом факте только от авторов книги Red Web. Они утверждают, что, заметно занервничав на встрече с ними, Любовь выразила неприятное удивление тем, что секретная информация стала публично известной, и отказалась от дальнейшего общения, сказав лишь, что «ФСБ - лучшие люди в стране».

Авторам книги удалось встретиться с одной из женщин-операторов советской системы прослушки

Низкая эффективность прослушки

В упомянутых документах по делу ГКЧП содержатся и показания бывшего начальника 12 Отдела КГБ Евгения Калгина, изучение которых и позволило авторам книги Red Web воссоздать схему прослушивания телефонных переговоров в СССР.

Система прослушивания в СССР, как видно из ее описания, была децентрализована. Это было связано с использованием в СССР различных типов АТС, многие из которых создавались еще в 1930-х годах.

В результате система прослушивания, при ее громоздких масштабах, была неэффективной, отмечают авторы Red Web. Одновременно КГБ мог прослушивать не более 300 разговоров. При круглосуточной работе пунктов прослушивания КГБ мог записывать 8-11 часов телефонных переговоров в сутки, причем на расшифровку одного записанного часа переговоров требовалось порядка семи часов.

Штази опередило КГБ

В дружественной СССР Германской Демократической Республике (ГДР) местная контрразведка Штази создала собственную систему прослушивания, получившую в 1956 г. название System-A. В 1973 г. ее заменила более совершенная система Ceko, которую в начале 1980-х годов модернизировали до Ceko-2.

Ceko-2, в отличие от советской системы, имела значительную степень централизации. В столице ГДР Берлине было 18 пунктов прослушивания, связанных по кабелю с ближайшими телефонными станциями, причем 70% телефонных переговоров проходило через центральную станцию на улице Frankfurter Allee. Ceko-2 позволяла одновременно прослушивать 400 тыс. переговоров при общем числе телефонов в ГДР 8 млн.

Своей высокой производительности Ceko-2 достигала, во многом, благодаря подземным коммуникациям в Берлине, которые были построены еще при Адольфе Гитлере и во многом смогли сохраниться во время войны. Штази была единственной разведкой во всем восточноевропейском блоке, которая имела собственную аппаратуру для записи телефонных переговоров - она называлась Elektronik.

КГБ признавало свое отставание в вопросах прослушивания от коллег Штази, рассказал авторам Red Web бывший генерал-майор КГБ Николай Калягин, отвечавший за взаимодействие с восточно-германской разведкой. Технические офицеры КГБ периодически посещали Берлин для изучения ноу-хау немецких коллег. К моменту публикации в ФСБ не ответили на запрос о достоверности изложенных в книге Red Web сведений об устройстве советской прослушки.

Диссиденты звонят за рубеж

Помимо прослушивания телефонных переговоров, КГБ беспокоилось насчет разговоров советских граждан с зарубежьем. По настоянию КГБ в 1972 г. Совет министров СССР принял правила, позволяющие лишать международной телефонной связи лиц, чья деятельность представляют угрозу общественной безопасности. Речь шла о диссидентах, в первую очередь, еврейской национальности.

В секретном докладе, который в 1975 г. Юрий Андропов направил в Центральный комитет Коммунистической партии, говорилось, что в 1973-1974 г.г. таким образом телефонной связи было лишено более 100 граждан. Однако евреи-диссиденты ищут обходные пути для общения с зарубежьем, в частности, автоматических телефонных станций и с помощью переговорных пунктов, писал Андропов. Например, они жалуются международным сионистским организациям на отключение им связи, после чего правительства западных стран требуют связь им вернуть.

Телефонную связь с зарубежьем жители СССР могли осуществлять, в основном, через телефонисток.

Среди советских диссидентов было широко известна история Александра Парицкого, военного-инженера из Харькова. Вместе с семьей он задумал эмигрировать в Израиль и начал обсуждать этот вопрос с зарубежными организациями. Когда он получил второй телефонный звонок из-за рубежа, он был прерван, а связь - отключена.

Начальник харьковского телефонного узла объяснил Парицкому, что тот ведет антисоветскую деятельность, и указал на пункт правил предоставления телефонных услуг, позволяющий отключать в таких случаях связь. Парицкий не внял предупреждениям и стал звонить зарубеж через переговорные пункты. В итоге он был арестован и в 1981 г. приговорен к трем годам заключения, а на суде в качестве свидетеля выступала сотрудница телефонного узла, прослушивавшая его переговоры. В конце 1980-х Парицкий эмигрировал в Израиль.

Олимпиада открыла окно за границу

Московская Олимпиада 1980 г. потребовала обеспечения зарубежных гостей связью с их странами. С этой целью в столице на улице Бутлерова была построена международная телефонная станция М-9, обладавшая 1,6 тыс. автоматических телефонных линий до зарубежья.

По воспоминаниям Геннадия Кудрявцева, бывшего в те годы заместителем министра связи, которыми он поделился с авторами книги Red Web, КГБ долгое время сопротивлялось появлению автоматических каналов связи с зарубежными странами, но Кудрявцеву удалось достичь компромисса.

Было решено, что при наборе зарубежного номера абонент также будет набирать свой собственный номер, что позволяло спецслужбам определить, откуда шел звонок. Кроме того, Кудрявцев нашел техническое решение, позволившее КГБ прослушивать все зарубежные телефонные переговоры.

КГБ против международной связи

Однако уже в 1981 г. Центральный комитет КПСС по настоянию КГБ своим секретным постановлением обязал значительно сократить число автоматических зарубежных каналов связи с 1,6 тыс. до 100. Если до этого М-9 поддерживала, например, 89 каналов до США, то теперь их число было сокращено до шести. Это было замечено зарубежными потребителями, в частности, посольствами. Кудрявцеву пришлось лгать им, что все дело в некоторых технических проблемах.

Кудрявцеву удалось договориться о создании отдельной телефонной станции на Ленинском проспекте, которая обеспечивала автоматической международной связью определенные организации, допущенные к этому со стороны КГБ. В целом же для страны международная связь вновь была доступна лишь через телефонисток.

Геннадий Кудрявцев признал, что для него фактическая ликвидация собственного детища была очень тяжелым переживанием. Он неоднократно обращался к КГБ с просьбой разрешить восстановить функционирование М-9 в полном объеме, но получал отказ. «Геннадий Георгиевич, вы послали нас во время Олимпиады, так что теперь помалкивайте», - отвечали ему чекисты.

На эту тему Кудрявцев придумал для своих друзей анекдот: «Свою первую правительственную награду я получил за создание М-9, а вторую - за ее ликвидацию».

В 1988 г., когда Генеральным секретарем ЦК КПСС был Михаил Горбачев, Кудрявцева вызвали в Политбюро. Ему был создан вопрос о проблемах с телефонным соединением между фабрикой в Иваново и их партнерами в Болгарии.

Геннадий Кудрявцев вновь попытался убедить советское руководство в необходимости отмены ограничений на международные звонки, и снова безуспешно: Горбачев поручил сосредоточиться на решении проблемы конкретной фабрики. Ограничения на международную связь была сняты лишь с распадом СССР.