Статья

ИТ-директор «Сибура» об информационных технологиях в частной нефтехимии

Интеграция
мобильная версия

Считается, что разразившийся кризис не повлиял на бизнес крупнейшей российской нефтехимической компании в силу ее дальновидной политики. О том, как в ней организованы ИТ-процессы, как осуществляется их планирование, как на них выделяются средства, как руководство подходит к импортозамещению, а также о том, какие ИТ-тренды наметились в отрасли, CNews рассказал директор по информационным технологиям «Сибура» Павел Клепинин.

CNews: Что собой представляет ваша ИТ-инфраструктура?

Павел Клепинин: Думаю, уместнее говорить не об инфраструктуре, а об информационных технологиях в целом. В «Сибуре» они носят распределенный характер. Есть наш основной инсорсинговый внутренний подрядчик, компания «ИТ-Сервис», которая играет роль ИТ-производства — выполняет конкретные работы, оказывает услуги. То есть, там живут «руки».

Если переместиться в сторону «головы» — непосредственно внутрь «Сибура», то блок ИТ в нем делится на несколько частей. Есть «стрим», связанный с управлением cервисной поддержкой, и есть «стрим» общего руководства, так называемый IT Governance. К последнему относятся вопросы стратегии, целеполагания и оценки, управления ИТ-бюджетом, лицензиями и договорами, идентификация и митигация рисков, и прочее — то есть вещи, которые распространяются на все ИТ в целом. Также есть «стрим» развития ИТ. У нас он организационно разделен на две части. Первая — развитие бизнес-приложений и demand-менеджмента (управление потребностями), которая тесно интегрирована с внутренними заказчиками и управляется функцией «Комплексная интеграция информационных систем». Вторая часть, под управлением функции ИТ, относится к развитию инфраструктуры и пула ИТ-сервисов.

Павел Клепинин: Классическая ИТ-стратегия — это толстый документ, который лежит в шкафу, а его добавленная стоимость, на мой взгляд, довольно низкая

Плюс есть нюанс. Решения о внедрении новых бизнес-приложений, например, системы документооборота, у нас принимаются коллегиально, на самом высоком уровне и только после защиты экономических эффектов.

CNews: Это в целом отражает вашу ИТ-стратегию?

Павел Клепинин: Мы это так не называем. У нас есть только стратегический план развития. Очень практичный. В нем прописаны конкретные проекты, даны примерные оценки их бюджетов и так далее. Мы ему следуем, но корректируем его тоже очень быстро и оперативно, потому что бизнес в «Сибуре» постоянно меняется в зависимости от меняющегося рынка. Мы этим гордимся, считаем это конкурентным преимуществом.

Классическая ИТ-стратегия — это толстый документ, который лежит в шкафу, а его добавленная стоимость, на мой взгляд, довольно низкая. И в динамичной среде, темпы изменения которой растут высокими темпами, его актуальность теряется через несколько месяцев. А постоянные корректировки требуют огромных трудозатрат, которые компании не могут себе позволить.

CNews: Можете чуть подробнее рассказать про компанию «ИТ-Сервис»?

Павел Клепинин: У нас исторически было совместное предприятие с «Газпром нефтью» — компания «ИТСК»(50 на 50), которое включало в себя четыре логических части. Две касались ИТ, две — АСУ ТП, по каждой на «Газпром нефть» и «Сибур». Позже бизнес «ИТСК» был разделен на четыре части. «Сибуру» отошел один ИТ-сервис, ставший как раз компанией «ИТ-Cервис», и бизнес АСУ ТП, ставший теперь «Сибур Автоматизацией». «ИТ-сервис» является стопроцентной дочкой «Сибура» и сейчас, как никогда ранее, активно вовлечен во все внутренние процессы. В первую очередь, специалисты компании осуществляют сервисную поддержку систем, используемых в «Сибуре». Кроме того, компания также выполняет ИТ-проекты, направленные на развитие информационных систем и инфраструктуры.

Расходы на ИТ

CNews: Какие экономические и политические изменения последних двух лет сказались на ваших планах в сфере ИТ?

Павел Клепинин: На наших ИТ-планах перемены сказались не сильно. Да, аспекты, связанные с нефтью и, шире, в целом с экономической ситуацией в стране, несколько сократили наши инвестиции в ИТ, поэтому мы стали развивать ИТ-инфраструктуру и бизнес-приложения поэтапно. Но гораздо больше на ситуацию повлияли наши инвестиционные проекты.

Павел Клепинин: Наша собственная инвестиционная активность на развитии ИТ сказалась гораздо больше, чем экономическая ситуация в стране

Первый из них — строительство нефтехимического комплекса «Запсибнефтехим» в Тобольске. Второй — создание газоперерабатывающего завода в Амурской области на трубе в Китай, проект для «Газпрома». Эта инвестиционная активность на развитии ИТ сказалась гораздо больше, чем экономическая ситуация в стране.

CNews: А как обстоят дела с ИТ непосредственно на этих двух стройках?

Павел Клепинин: У нас там две задачи. Первая — обеспечить технологиями сами стройки с точки зрения инфраструктуры и сервисов: развернуть для строительных городков сети, организовать рабочие места, наладить связь, запустить серверные и бизнес-приложения, которые требуются для управления процессами.

Вторая задача обусловлена тем, что когда проектируется завод, то для него должна быть спроектирована и вся будущая ИТ-составляющая. Это инфраструктура, которая от временной, строительной, сильно отличается. При этом мы их стараемся все же взаимоувязать — создавать временную инфраструктуру так, чтобы ее можно было по максимуму использовать и в постоянном решении. То же самое касается и бизнес-приложений.

CNews: Как менялись ваши ИТ-бюджеты за последние годы? Хотя бы относительные значения можете привести?

Павел Клепинин: У нас стабильно происходит небольшое увеличение капитальных расходов. В 2015–2016 годах мы, по сути, снова не выбились из тренда, при этом немного сократив темпы роста бюджета ИТ.

Что же касается операционных расходов, то по ним мы стараемся держаться на одном уровне. Появляются новые системы, встают на поддержку, но общие операционные затраты остаются прежними, хотя и снижаются в пересчете на одного пользователя ввиду повышения эффективности этой поддержки и сделанных ранее инвестиций. Особняком стоит внедрение SAP, потому что здесь речь идет о появлении нового, серьезного сервиса и эта история рассматривается нами отдельно.

Технологические тренды в ТЭК

CNews: С кризисом стало обсуждаться мнение, что «Сибур» — чуть ли не единственная российская компания, которая многие годы вкладывала деньги в переработку попутного нефтяного газа и нефти, и сейчас, когда упали цены на последнюю, она теряет на экспорте топливно-энергетических продуктов, но увеличила прибыль за счет переработки ставшего дешевым сырья…

Павел Клепинин: Да, вы очень верно осведомлены.

CNews: Эта ситуация как-то повлияла на ИТ?

Павел Клепинин: В целом роль ИТ возрастает по мере усложнения производственной цепочки. В нефтедобыче она очень маленькая, но там огромная роль АСУТП-шных вещей. В нефтепереработке акценты меняются.

Павел Клепинин: Мы ждем, пока российские разработчики все свои ошибки сделают на других

По большому счету, у нас в ИТ сейчас не происходят какие-то глобальные изменения. Стратегически мы уходим в более глубокую переработку сырья. Но с точки зрения ИТ набор систем остается примерно тем же.

CNews: Какие сейчас главные технологические тренды в сфере информатизации предприятий ТЭК?

Павел Клепинин: Одно из стратегических направлений в добыче, по крайней мере на первом этапе переработки, — полностью автоматизированное производство. Это общемировой тренд, ребята из одной крупной российской нефтедобывающей компании активно идут в этом направлении.

Если говорить о более отдаленных трендах, стоит отметить тему минимизации ручного труда на предприятии. Вся управленческая информация находится в системе и доступна с удаленных рабочих мест. Диспетчер сидит у себя в кабинете, около него лежит планшет, на нем он может что-то посмотреть или принять тревожный сигнал, если что-то не так. А сам завод при этом работает без участия человека. Он на него периодически приезжает, смотрит, ключом открывает, ключом закрывает. Это то, что будет с частью газопереработки в будущем. Не сегодня и не завтра, конечно, но мы окажемся в этой точке.

CNews: Непосредственно у вас какие-то проекты в этом плане существуют?

Павел Клепинин: В стратегическом плане пока этого нет, но на уровне обсуждений и идей «на подумать» — это уже рассматривается. Понятно, такие вещи требуют инвестиций, капитальных вложений, а все, что касается денег на развитие у нас приоритезируется с точки зрения потенциального экономического эффекта и окупаемости. К тому же, учитывая фактор главных строек.

Вычислительные мощности

CNews: Что собой представляет ваша серверная инфраструктура?

Павел Клепинин: Она «живет» в Москве, где у нас расположен собственный ЦОД, и при этом мы находимся на этапе обсуждения строительства дополнительного резервного ЦОДа.

CNews: Это строительство еще не началось?

Павел Клепинин: На фоне основных строек вложения в него не являются приоритетными. Резервный ЦОД — это тематика страхования рисков. А там, где речь идет о рисках, их можно как нивелировать, так и принимать. В данном случае можно иметь планы аварийного восстановления без наличия централизованного резервного ЦОДа.

Павел Клепинин: ЦОД – в первую очередь системность и упорядоченность. Если ее нет в основном центре, думать о резервировании в другом смысла нет.

Это вполне нормальный вариант, когда у нас есть четко прописанный план действий, что делать, если наш основной ЦОД вдруг исчез, а дополнительного резервного нет. Есть соответствующие рамочные договоры либо с провайдерами услуг, либо с вендорами оборудования и понимание сотрудников ИТ — «кому куда бежать».

CNews: И у вас резервирование сейчас происходит именно по такой схеме?

Павел Клепинин: Мы движемся в эту сторону. Четко структурируем зоны ответственности, переоцениваем потребности под каждую обслуживаемую ИТ-систему, оптимизируем свои внутренние процессы таким образом, чтобы ключевые системы, в которых работают функциональные заказчики, работали бесперебойно. В случае принятия решения о строительстве резервного ЦОДа будем собирать, централизовывать в одной геолокации всю тему резервирования. Это позволит повысить оперативность восстановления ключевых систем и понизит сложность общей схемы восстановления.

CNews: Сейчас достаточно модная тема ЦОДов на флеш-памяти. Как вы к ней относитесь? Подходит ли флеш для хранения ваших данных?

Павел Клепинин: Да, мы смотрим на эти решения. Но нужно понимать, что серьезные изменения в инфраструктуре стоит делать на том этапе, когда срок жизни уже используемого оборудования завершается. Недальновидно и экономически нецелесообразно взять и перейти на новую технологию, выкинув «железо», которое отработало всего год или два.

CNews: А преимущество флеш для вас — дешевизна?

Павел Клепинин: Нет, цена на флеш пока что выше, хотя и активно падает. Основное преимущество — в скорости работы.

Импортозамещение

CNews: Модная тема импортозамещения вас как-то затрагивает?

Павел Клепинин: «Сибур» — компания частная, поэтому обязательных требований по импортозамещению в части ИТ к нам нет. При выборе ИТ-решений мы руководствуемся критериями эффективности. Поэтому для нас важны, в первую очередь, цена и функциональность, как при выборе программного обеспечения, так и аппаратного. И эти правила действуют для всех поставщиков, вне зависимости от того, какую страну они представляют. Все соревнуются на общих основаниях.

При этом мы внимательно смотрим на опыт других компаний, которые уже применяют российские разработки, общаемся с ними, ищем решения, которые могут пригодиться и нам. А они, кстати, появляются. Ожидаем, что скоро количество перейдет в качество, при этом с конкурентоспособной ценой — тогда начнется новый виток развития наших ИТ-производителей. Кстати, некоторое отечественное оборудование уже сегодня неплохо себя зарекомендовало, и ценовое предложение вполне конкурентоспособно.

CNews: Вы имеете в виду производителей софта или железа? Можете привести какой-то пример?

Павел Клепинин: Сейчас о железе, но чтобы никого не рекламировать, скажем так: мы нашли неплохие бесперебойники и часто заменяемые составляемые в коммутаторах. В сфере программного обеспечения тоже кое-что есть. И количество вариантов, действительно, увеличивается.

CNews: Как вы относитесь к китайским решениям? Закрытая в декабре 2015 г. сделка по покупке китайской Sinopec Group 10% доли «Сибура» как-то повлияла на работу ИТ?

Павел Клепинин: Мы не смотрим на решения в этой плоскости — китайское оно или нет. Важно, как оно работает и адекватна ли его цена. Если говорить о сделке — пока факт покупки акций на работу ИТ не повлиял никак.

CNews: А возможно ли, что в будущем при содействии этой компании к вам, например, станут попадать на тестирование какие-нибудь китайские решения?

Павел Клепинин: Какая-то синергия теоретически может быть в долгосрочной перспективе, но пока говорить об этом преждевременно.

Знаковые проекты и общие тенденции

CNews: Какие наиболее интересные для себя ИТ-проекты вы реализовали в 2015 году?

Павел Клепинин: В 2015 году мы провели так называемый BIA (Business Impact Analysis) — изучили влияние работоспособности приложений на бизнес в контексте потенциального простоя. Разделили бизнес-приложения на классы, по каждому из них определили необходимое время восстановления и глубину хранимых данных в зависимости от критичности. У нас в «Сибуре» работает порядка 400 приложений. Что-то из них действительно нужно выносить на резерв, а что-то критичным не является.

Также в 2015 году у нас появилась методология управления проектами — с институтами, которые этим занимаются, инициируют проекты, подтверждают их завершение, переводят их с этапа на этап — то есть, по сути, управляют их бюджетом и сроками на верхнем уровне.

В прошлом году мы запустили и приняли на поддержку SAP. Огромный проект. Получили за создание центра компетенций SAP призы в СНГ и регионе EMEA. Плюс провели сертификацию этого центра, попали в 25% лучших компаний в мире.

По тематике внедрения средств коллективной работы стали активно использовать SharePoint. Подошли к этому инструменту системно. В 2016 году тиражируем и распространяем его по всем производственным площадкам как очень оперативный инструмент для работы проектных команд.

Также мы совместно с компанией Intact переоснастили в Анапе кампус корпоративного университета на площадке КЦО (корпоративного центра оздоровления) «Сибур-Юг» — нашу собственную базу для обучения и развития персонала. Там внедрено решение для мобильных презентаций: теперь применяются айпады, и мы больше не используем печатные материалы — бережем деревья. Преподаватели могут ими всеми одновременно управлять, а слушатели — делать заметки, голосовать. Intact помог нам внедрить очень много возможностей для интерактива. Появились панели для визуализации, интерактивные доски, реализованы возможности синхронного перевода, включения телемостов, проведения видеоконференций. В кампусе теперь будет проводиться основная часть корпоративных образовательных мероприятий и крупных обучающих сессий.

В этом году внедряем на всех производственных площадках компании Skype for business — современное и безопасное решение для внутрикорпоративного общения сотрудников. В московском офисе уже доступен полный функционал, в том числе видеозвонки, доступ к программе с личных мобильных устройств, в регионах же пока начнем с функционала базового, то есть отправки мгновенных сообщений внутри защищенной сети.

CNews: Расскажите немного о проектах, намеченных на 2016 г.?

Павел Клепинин: Один из знаковых проектов — это обновление системы класса ITSM: управления инцидентами, изменениями, проблемами, конфигурационной базой и пр. Считаем, что есть более современные решения. Поэтому сейчас завершаем выбор инструмента, и уже в июне начинаем внедрение системы на новой платформе.

CNews: К сокращению штата это не приведет?

Павел Клепинин: Скорее это приведет к его переориентации на другие задачи. Это станет одним из эффектов — сокращение механической работы, которая добавленной стоимости не приносит.

CNews: Как вам видятся общие векторы развития российских ИТ?

Павел Клепинин: Мир активно движется в сторону гаджетизации. Также озвучил бы управление большими объемами информации, совместно с промышленным «интернетом вещей», новые тренды в области использования средств дополненной реальности (очки виртуальной реальности), биометрии, носимой электроники и 3D-печати, но это уже дальняя перспектива.